Я. К. Берзин

«Лесной брат»

В 30-е годы XX века советская разведка смогла создать широкую агентурную сеть во многих странах мира. Имена Зорге, Треппера, Радо, только наиболее известные из них. Огромная заслуга в успешной работе советской разведки предвоенные годы принадлежит Яну Карловичу Берзину, старому большевику.

Ян Карлович Берзин (Петерис Кюзис) родился на хуторе Клигене Яунпилской волости Рижского уезда, в семье батрака. В 1905 г. учительскую семинарию, в которой учился молодой Петерис, закрыли, из-за царящих там революционных настроений. Петерис возвращается домой, вступает там в отряды «лесных братьев», которые нападают баронский замок и отряды казаков. Однажды он попадает в руки казаков, которые до полусмерти избивают его шомполами. После этого юноша дает клятву бороться до последней капли крови против самодержавия.

После выздоровления Петерис вновь уходит к партизанам. Вместе с ними он участвует в экспроприациях и нападениях на правительственные учреждения: громит управу в Яунпилсе, корчму и казенную военную лавку. В перестрелке Петерис был ранен тремя пулями, одна из них засела в черепе, не повредив мозга. Раненного, его захватили и предали суду. За совершенное полагалась смертная казнь, но так как ему не исполнилось еще шестнадцати лет, Петериса отправили в тюрьму. Освободился он в 1904 г. К этому времени Петер Кюзис становится профессиональным революционером. В ходе одной из многих своих последующих ссылок, он и стал Яном Карловичем Берзиным, по одним из поддельных документов.

Латышский стрелок

Латышские части, сформированные царским правительством, входили в состав 12-й армии Северного фронта. Большевики вели большую революционную работу среди латышских стрелков, свыше 80% которых были рабочими и батраками; многие являлись членами социал-демократии Латышского края (СДЛК), стоявшей на большевистских позициях. 26 марта 1917 в Риге был создан Временный комитет большевистской организации СДЛК и латышских стрелковых полков, сыгравший важную роль в подготовке основной массы солдат и передовых офицеров латышских полков к активному участию в Октябрьской революции 1917.

Латышские части сыграли огромную роль в революции и Гражданской войне. Именно им как одним из самых надежных поручалась охрана Смольного и Кремля, где располагался Совнарком. 13 апреля 1918 была создана Латышская стрелковая советская дивизия под командованием И. И. Вацетиса, помощником которого был Берзин в составе 9 стрелковых полков, кавалерийского полка, дивизионов лёгкой и тяжёлой артиллерии, авиационного отряда и бронеотряда. Дивизия участвовала в подавлении и левоэсеровского мятежа 1918 г. в Москве и Ярославского правоэсеровского мятежа 1918 г., антисоветских выступлений в Муроме, Рыбинске, Калуге, Саратове, Новгороде и др.

В мае 1919 года Ян Карлович защищал Ригу от белогвардейцев, получил еще одно серьезное ранение. После излечения был назначен начальником политотдела стрелковой дивизии, затем начальником Особого отдела ВЧК 15-й армии.

«Эпоха великих нелегалов»

2 декабря 1920 года Берзин был направлен в Региструправление — так тогда называлось военная разведка. 27 декабря 1921 года Павла Ивановича Берзина назначили заместителем начальника Разведуправления Красной армии. Имя Павел он взял в честь своего дела Пауля, бывшего солдата, участника обороны Севастополя, «Русского Павла», как его звали в деревне.

Именно Берзин смог создать разветвленную сеть советской агентуры в мире. 1921 — 1937 годы называют «эпохой великих нелегалов». Биографии этих людей, которых готовил и забрасывал в тыл противника Ян Берзин, это и есть, по существу, отчет о его работе.

Начало 1920-х годов было для разведки очень трудным: неопытность, проблемы с кадрами, но главное, нехватка денег. Бедность была такой, что когда официальные разведчики оказывались за границей, за ними буквально бегали зеваки, «любуясь» их одеждой. Для пополнения кассы приходилось заниматься бизнесом, например, торговать пушниной. Так или иначе, работа развертывалась. Поскольку «легальные» резидентуры («под крышей» посольств, торгпредств, коммерческих фирм и т.д.) находились под неусыпным контролем контрразведки противника, пришлось делать упор на нелегалов. Вот самые яркие примеры и биографии советских разведчиков, воспитанных Берзиным:

В 1922 году во Францию была направлена дворянка Мария Скаковская. Вскоре эта красивая и обаятельная женщина стала помощником резидента. В 1923 — 1924 годы от нее поступали в Москву сведения о планах Верховного штаба Антанты. В начале 1924 года ей удалось заполучить стенограмму совместного совещания представителей генштабов Англии и Франции с командованием русской армии в эмиграции. На совещании обсуждался вопрос о новой интервенции с одновременным выступлением контрреволюции внутри страны. В конце 1924 года Скаковскую перевели в Варшаву, где в это время резидентура была разгромлена. Но случилось так, что перед ее обаянием и красотой не устояли не только польские офицеры и дипломаты, но, вопреки ее желанию, и советский посол Войков. Его усиленное внимание к ней привело к тому, что в 1926 году она была арестована польскими властями и осуждена как шпионка на пять лет. В 1931 году Скаковская, совершенно больная, вышла из тюрьмы и после возвращения в СССР перешла на гражданскую работу. Мало кто знает, что Войков за свое поведение был исключен из партии и снят с должности посла. 7 июля 1927 года его убил белогвардеец Коверда, и это как бы «реабилитировало» Войкова, он был торжественно похоронен у Кремлевской стены, а впоследствии в его честь назвали станцию московского метро.

Берлинская резидентура к 1928 году насчитывала двести пятьдесят человек. В то время резидентом там был Константин Басов (Ян Аболтынь). Именно он посоветовал привлечь в разведку Рихарда Зорге.

Во Францию был направлен нелегал Винаров. Он создал ориентированную на Испанию агентурную сеть, организовал в Париже и Тулузе четыре радиоточки. Они очень пригодились в годы войны.

Большая агентурная сеть существовала и в Италии. Одним из агентов был Роберто Бартини. Он окончил летную школу, затем политехнический институт, одновременно работая в авиамастерской. У него появились обширные связи в авиационных кругах. При подведении итогов работы Разведупра за 1923- 1924 годы успехи в Италии отмечались особо: «Нам были доступны самые секретные документы, касающиеся всех заказов и состояния научно-опытных работ в воздушном флоте. Равно получались исчерпывающие сведения о самолетном составе и различные статистические данные».

Под псевдонимом «Этьен» в Италии действовал военный разведчик-нелегал Лев Маневич. Именно он смог передать в Центр важнейшую военно-техническую информацию: том числе чертежами и протоколами испытаний новых бомбардировщиков, истребителей, подводных лодок, 37-миллиметровой пушки, прибора центрального управления артиллерийским огнем на боевых кораблях. Благодаря ему, были получены сведения о приборах, позволявших совершать полеты «вслепую», об инструментальном самолетовождении, о полетах авиационного соединения в строю и в тумане. Он побывал и в Испании, откуда привез подробный отчет об авиации генерала Франко и о последней модели истребителя «Мессершмидт». 5 декабря 1936 года в результате предательства Маневич был арестован и осужден. Он умер в фашистском концлагере 9 мая 1945 года.

В 1924 году Ворошилов и Берзин инструктировали перед отъездом за границу еще одного разведчика — Льва Термена. Этот ученый, изобретатель и музыкант в 1921 году придумал удивительный электротехнический музыкальный прибор, получивший название «терменвокс» в честь его создателя. В 1927 году Термен создал первый телевизор, на демонстрации которого присутствовали Сталин, Орджоникидзе, Ворошилов и Тухачевский. С 1928 года Термен гастролировал в Европе и США, где терменвокс встречали овациями. Его выпускают серийно на созданной Терменом электронной фирме в США. Но все это было лишь «верхушкой айсберга». Трудно переоценить значение информации, которую Термен передавал в Разведуправление. Жаль, конечно, что не вся она была в должной мере использована. Достаточно сказать, что среди его контактов были Эйзенхауэр, Эйнштейн, Гровс (будущий генерал, руководитель атомного проекта «Манхэттен»). Термен участвовал вместе с ними в создании уникальных охранных систем для ВПК, налаживании телефонной связи между США и Европой и другими районами; он был хорошо информирован о военном потенциале США и о стратегических планах американской внешней политики. В конце 1938 года, после возвращения в СССР, он был арестован и осужден на восемь лет лишения свободы.

В эпоху Березина были созданы обширные сети, замаскированные под коммерческие предприятия. Такой сетью, были резидентуры Л. Треппера во Франции, А. Гуревича — в Бельгии, Ш. Радо в Швейцарии. Формы прикрытия гибко варьировались в зависимости от индивидуальных качеств и возможностей разведчика.

Рихард Зорге

Объектом пристального внимания советской разведки в 1920 — 1930 годах был Китай. Если разведка ИНО ОГПУ сосредоточила свои усилия в Харбине против японцев и белогвардейцев, то руководимая Берзиным военная разведка действовала в основном в Шанхае. Она оказывала поддержку китайской Красной армии, участвовала в создании «советских районов» Китая. Именно в Шанхае начали свою деятельность «крестники» Берзина — нелегалы Р. Зорге и Урсула Кучински (Рут Вернер).

Рихард Зорге родился 4 октября 1895 года в Баку, в семье немецкого механика нефтяного промысла Адольфа Зорге. Мать — простая русская женщина из бедной семьи железнодорожного рабочего. Семья Рихарда Зорге, сына немца, и русской матери, перебирается на постоянное место жительства в Германию в 1898 г. и поселяется в пригороде Берлина. В годы I Мировой войны он служил в вооруженных силах Германии. После демобилизации Зорге поступил в Гамбургский Университет на факультет политологии, где успешно защитил докторскую диссертацию. В 1919 году Рихард Зорге познакомился с немецкими коммунистами и вступил в Компартию Германии в том же году. Ему довелось воевать против Франции, а затем против России. В ходе активной партийной деятельности он в 1924 году оказался в СССР. Примерно через пять лет по линии Коминтерна Зорге был направлен в Китай, где в его задачу входила организация оперативной разведывательной деятельности.

В первой половине 1930-х гг. под псевдонимом Рамзай работал в Шанхае (Китай). За годы работы в Китае под видом немецкого журналиста и «истинного арийца», Зорге хорошо зарекомендовал себя в нацистских кругах и в 1933 году вступил в нацистскую партию.

Глава разведуправления Я.К. Берзин отзывает Зорге из Китая и в 1933 г. дает ему новое задание — установить, есть ли принципиальная возможность организации советской резидентуры в Японии. До этого ни одному советскому разведчику закрепиться здесь не удавалось. Сначала Зорге отказывается, так как считает, что с его европейской внешностью ему не удастся ускользнуть от взоров подозрительных японцев. Однако Берзин заявляет, что Зорге как никто другой подходит для выполнения этого рискованнейшего задания, что от него требуется только превратить свой недостаток в достоинство и ни в коем случае не скрывать, что он немец. К тому же профессия журналиста позволяет ему, не вызывая особого подозрения, проявлять интерес к тому, что для других закрыто.

Получив ценную разведывательную информацию. Зорге один из первых сообщил в Москву данные о составе нацистских сил вторжения, дате нападения на СССР, общую схему военного плана вермахта. Однако эти данные были настолько детальны и, кроме того, не совпадали с уверенностью И.В. Сталина в том, что А. Гитлер не нападет на СССР, что им не придали значения, посчитав даже, что Зорге двойной агент.

17 октября 1941 г.советский разведчик был арестован японской контрразведкой. Зорге казнили 7 ноября 1944 г. Последними его словами были «Да здравствует Красная Армия! Да здравствует Советский Союз!»

Оборона Мадрида

В августе 1936 года Берзин получил срочный вызов в Москву. Там произошло то, о чем он мечтал с первого дня франкистского мятежа: ему предложили поехать в Испанию. Его назначают главным военным советником. Уже через несколько дней генерал Гришин (так теперь именовался Ян Карлович) на поезде Москва — Париж отправился в Европу. В подчинении Берзина оказалась группа советских военных советников. Достаточно перечислить их имена, чтобы понять, какие кадры были направлены в Испанию. Это — будущие маршалы и генералы, герои Великой Отечественной войны Малиновский, Мерецков, Воронов, Кузнецов, Родимцев, Батов, Колпакчи, прославленные партизанские командиры, будущие Герои Советского Союза Кирилл Орловский, Николай Прокопюк, Станислав Ваупшасов.

Главной заслугой генерала Гришина-Берзина в Испании можно считать то, что именно благодаря его воле, настойчивости, умению испанская республиканская армия с помощью интербригадовцев и советских добровольцев сумела в ноябре 1936 года отбить наступление франкистов и отстоять Мадрид, судьба которого висела на волоске. Большую роль сыграл Берзин в разгроме итальянского корпуса под Гвадалахарой.

Как вспоминал генерал Мерецков: «Чудеса находчивости проявлял, в частности, Берзин. Внеся свою лепту в создание прочной обороны у Мадрида, он уехал в Валенсию, где собирал всех вновь прибывающих военных советников и волонтеров вокруг организованного им Управления и направлял его работу. Под его контролем находились также прибывавшие в Валенсию и в другие порты торговые суда. Их грузы моментально учитывались, распределялись и шли в дело. (:)Я. К. Берзин собрал в Валенсии совещание. Как всегда, он руководил им четко и энергично. Бывший начальник разведывательного управления Красной Армии не любил терять время даром. Предприимчивый, твердый, волевой человек, Берзин вкладывал все свои знания и богатый жизненный опыт в организацию победы над фашистами».

Сталинский топор

Один из руководителей немецкой контрразведки Оскар Рейли в книге «Германские спецслужбы в годы второй мировой войны» с горечью признавал: «Советской разведке в годы, предшествующие второй мировой войне, удалось создать обширную, активно работающую агентурную сеть. Благодаря этой сети Москве удалось добиться таких результатов, которые сыграли важную роль для организации обороны Советского Союза. Равной по силе и возможностям шпионской организации в тот промежуток времени не имела никакая другая страна мира».

Но совсем другое мнение было у Сталина, который повсюду видел врагов своей диктатуры, террор обрушился на всех, уничтожая правых и виноватых. Подозрительными объявлялись буквально все. Все что хоть как-то напоминало оппозицию, подвергалось искоренению. Террор не обошел и службу военной разведки.

По возвращении из Испании Берзин вновь возглавляет Разведуправление, но ненадолго. На страну накатывался вал сталинского террора. Каждые несколько дней в Разведуправлении проходили закрытые партийные собрания. И каждый раз называли имена новых арестованных «врагов народа». 19 августа 1937 года состоялся партактив, который проинформировали о том, что «пятнадцать дней, как начальник Управления т. Берзин отстранен от работы начальника в связи с имевшими у нас место арестами врагов народа Никонова, Волина, Стельмаха». «Врагов народа» продолжали выявлять и в изрядно поредевших рядах Управления. Наконец, 3 декабря на партбюро Разведупра был оглашен еще один список арестованных, состоявший из двадцати двух человек. Не только по алфавиту, но и по должности этот список возглавлял Ян Карлович Берзин.

В Разведуправлении и его органах было арестовано более 600 человек. Пострадали и руководители ряда зарубежных аппаратов. Этот удар был нанесен в то время, когда работа разведки, ее эффективность были жизненно важны для страны.

Одновременно шел фактический разгром зарубежных резидентур. В сфере ИНО ГУГБ в 1938 г. была практически ликвидирована вся нелегальная резидентура, были отозваны в СССР и репрессированы лучшие работники закордонных резидентур. Это порой означало полное прекращение поступления какой-либо информации. Сменены были и легальные резиденты, завоевавшие себе в Центре доброе имя (например, Б. Гордон в Берлине). На их место направлялись неопытные работники.

Точную цифру арестованных сотрудников РУ назвать невозможно — ведь многих увольняли, а арестовывали несколько месяцев спустя, уже как частных лиц. Известно лишь, что было уничтожено все руководство военной разведки и все начальники отделов, не считая Берзина, весь генералитет: два комкора, четыре корпусных комиссара, три комдива, два дивизионных комиссара, двенадцать комбригов и бригкомиссаров, а также пятнадцать полковников и полковых комиссаров. Это не считая сотрудников рангом пониже. Но разгром продолжался и в 1938 году. За два года репрессий было полностью уничтожено все опытное квалифицированное руководство военной разведки.

Репрессии продолжались и после II мировой войны: арестованы были Треппер, Радо, был выписан арест на Зорге и многих других советских разведчиков.

29 июля 1938 года Яна Карловича Берзина не стало. Он был посмертно реабилитирован лишь много лет спустя.

Архивариус

http://www.1917.com/History/I-II/1176490892.html

a