Наши энергия и способности
уходят на никчемные цели; личность замкнулась на себе… Мы давно кончили развиваться.
Стабильность принесла застой, и мы ему подчинились.
Роберт Шекли «Цивилизация статуса»
Американец Роберт Шекли является одним из наиболее читаемых в России западных фантастов. Этот талантливый писатель привлекает читателя простым языком изложения и охватом самых разнообразных проблем человечества. Его по праву можно назвать социально-критическим фантастом, ведь он не абстрагируется от реальности в пользу некого «волшебного мира», а критикует современное общество. Ведь фантастика – это преломление реального мышления сквозь призму фантазии. Поэтому не удивительно, что его творчество привлекает леворадикалов, которые находят в его работах самые разнообразные подтверждения своего критического взгляда на капиталистическую современность.
Шекли родился в 1928 году, и становление его взглядов пришлось на времена становления так называемого «государства всеобщего благоденствия» - послевоенного роста экономики и укрепления идеологии «среднего класса» в США. И хотя Шекли и не был ни битником, ни хиппи, ни «новым левым», критика этой Системы и мелкобуржуазного мышления – узко-ограниченного американского мещанина-обывателя – становится лейтмотивом многих его произведений.
Не называя по сути ничего своими именами и по возможности вообще избегая «политики», Шекли представил будущее в виде победившей стабильности капитализма. Его царство «среднего класса» держится на более высоком уровне технологического развития. Но если экономика и приобрела долгожданную стабильность, – без войн, изнурительного труда и пр., – то человек не получил свободы – его рабство и отчуждение лишь окрепло в тотальном масштабе. И то общество «всеобщего благоденствия», которое установилось в результате глобального «соглашения» - чревато фатальными кризисами и разрушением системы.
Эта тема прослеживается во многих его произведениях. Повесть «Цивилизация статуса» – наиболее радикально-критическое произведение Шекли – повествует о том, как жители Земли достигли общей «стабильности» благодаря максимализации сущности государственной машины подавления:
«В целях внутренней безопасности правительства брали на вооружение новейшие методы пропаганды и идеологической обработки. От граждан требовалось безоговорочная приверженность официальным доктринам. Давление на личность становилось все сильнее и утонченнее.
Миновала угроза войны. Многочисленные страны Земли начали сливаться в единое сверхгосударство. Но давление на личность, вместо того, чтобы уменьшиться, еще больше возросло. Нужда в этом диктовалась неудержимым ростом населения, проблемами национального и этнического характеров. Различие во мнениях могло оказаться гибельным – слишком много групп имели теперь доступ к мощным водородным бомбам.
В этих условиях стало нетерпимым поведение, отличающееся от нормы.
Унификация наконец была завершена. Продолжалось освоение космоса. Но земные институты перестали совершенствоваться. Современная цивилизация оказалась менее гибкой, чем средневековая, она подавляла всякое отклонение от существующих обычаев, привычек, воззрений. Оппозиция считалась не менее тяжким преступлением, чем убийство или поджог. И так же наказывалась. Секретная полиция, политическая полиция, информаторы – использовалось все. Каждое устройство было поставлено на службу одной великой цели – воспитанию человека-соглашателя
А для упрямых существовала Омега»
Население Омеги состоит исключительно из людей, нарушивших законы на Земле.
«Это общество, в котором нарушитель законов – царь; общество, в котором преступления не только прощаются, но и поощряются; общество, в котором уклонение от правил судится единственно по степени успеха…
Идеалом на Омеге является личность, которая понимает законы, ценит их необходимость, знает кары за нарушение, нарушает и преуспевает!»
Омега это обратная сторона Земли, это буржуазное общество, вывернутое на изнанку
своей варварской сущности. Поэтому не удивительно, что земляне в конце концов
признают свою слабость по сравнению с омегианцами. Все возвращается на «круги
своя».
Одна из самых живых тем произведений Роберта Шекли – это дегуманизация «механической» цивилизации, погрязшей в товарном фетишизме и эгоизме. Будущий мир – это царство наживы, в котором духовность окончательно подчинена интересам глобального рынка.
Так, например, в повести «Корпорация “Бессмертие”» Шекли показал, что растлевающие буржуазные отношения проникают даже в «загробный мир»: «Смерть - вот древнейшая из человеческих привилегий, дарованная как рабу, так и царю. Смерть - это утешение человека и его право. Но, видимо, это право отменили, и теперь даже после смерти вам не уйти от ответственности» (С другой стороны, человеку доступны такие «блага цивилизации» и «свободы выбора», как кабины для самоубийств… куда тянутся длинные очереди). Блейн, главный герой «Корпорации…», погибший в 1958 году и оживленный в 2110, наивно предполагает, что «возможно, уже имеются подводные фермы, всеобщий мир, международный контроль за рождаемостью, свободная любовь, полная десегрегация, вылечены все болезни, осуществлены межпланетные путешествия, и создано плановое общество, в котором человек глубоко дышит воздухом свободы». Да, такую картину мы можем ожидать у советских фантастов (Ефремов, братья Стругацкие), в творчестве которых будущее неизменно было связано с коммунизмом, а «земные» проблемы решены в пользу глобальных межпланетных проектов. У Шекли все иначе – научные открытия, бесконтрольные, корпоративные, повлекли за собой чудовищные последствия – «Безумные Годы»:
Казалось, каждый решил, что может делать все, что угодно. "Будь ты дьявол или Бог, - пелось в популярной тогда песенке - в небе ждет тебя пирог". И каждому доставался кусочек пирога, праведному и грешному, плохому или хорошему. Убийца переселяется в послежизнь точно так же, как и архиепископ. Так возрадуйтесь жизни, друзья, наслаждайтесь плотью, пока она жива, духовности вам хватит и после смерти. Да-а, и они действительно не теряли времени. Анархия, понимаешь. Появилась новая религия, называлась она "Осуществление". Они утверждали, что человек обязан перед самим собой испытать все, пока он находится в телесной оболочке, хорошее и плохое, честное и наоборот, потому что в послежизни ему придется только вспоминать, чем они занимались на Земле. Так живите, говорили они, живите, пока вы пребываете в этом мире, а то в послежизни окажетесь в бедняках. Удовлетворяйте всякое желание, исполняйте всякую прихоть, исследуйте самые темные свои глубины. Жизнь на всю катушку, смерть на полный ход. Это было сумасшествие. Некоторые фанатики объединились в клубы пыток и составляли целые энциклопедии мучений коллекционировали пытки, как домохозяйка собирает рецепты. На каждом заседании такого клуба один из членов добровольно вызывался стать очередной жертвой, они убивали его самым извращенным и жестоким способом, какой только могли придумать. Они стремились испытать все удовольствия и все мучения».
Символичен и следующий диалог:
-Эй, погоди! Ты сказал, что они нашли способ укреплять сознание? Тогда никто больше не умирает? Все отправляются в послежизнь? Мелхилл ядовито ухмыльнулся.-Ну, ты и скажешь! Ты думаешь, они делятся секретом бесплатно? Держи карман шире. Это сложный электрохимический процесс, парень, и они берут за него гонорар. И очень солидный гонорар.
-Значит, на небо переселяются только богачи, - сказал Блейн.
В рассказе «Что такое зомбоид?» приводит следующий диалог, раскрывающий многие аспекты дегуманизации «постиндустриального» капиталистического общества:
Вопрос. И тем не менее, если вдуматься, не аморальна ли роботизация? По какому праву одни люди покупают других, воспользовавшись их отчаянием или заблуждениями? Это же настоящее рабство!
Ответ. Трудно сказать, как люди должны обращаться друг с другом. Известно, что в настоящее время общество может обеспечить работой не более половины трудоспособного населения планеты. Возможно, желание подвергнуться роботизации -- это чисто генетическая реакция человечества на объективные условия существования. И пока не найден другой выход, многие считают, что лучше стать зомбоидом, чем прозябать всю жизнь в нищете и отчаянии.
Поймите, роботизация, в отличие от бедности, сугубо добровольна. И у нас нет оснований утверждать, что зомбоиды несчастны. ( Что такое зомбоид?)
Действительно, «фантастический» капитализм решил многие социальные вопросы за счет развития техники и технологий. В частности, Земле стала «не нужна… служба безопасности»! Но лишь потому, что «в мозг каждого были вмонтированы и полицейский, и палач. Под поверхностью гуманной культуры Земли скрывалась механистическая цивилизация. И понимание ее сути каралось смерти».
Другая тема прозы Роберта Шекли – это неограниченные по своей сути способности человека: его воли, ума и находчивости, его сущностной страсти к жизни, за которую ведется беспощадная борьба с природой, со смертью. Здесь Шекли – не романтик, но твердый реалист – также наносит удар по самым реакционным буржуазным доктринам – ведь человек у Шекли способен преодолеть любые преграды, будь то общественные предрассудки или межзвездные пространства… Это рассказы с символичными названиями: «Поединок разумов», «Похмелье», «Демоны», «Царская воля» и многие другие.
Темой многих произведений Роберта Шекли становится невозможность справедливости в буржуазном обществе. Там, где господствуют отношения частной собственности, власти и подчинения… рушатся самые светлые утопии героев прозы Шекли («Билет на планету Транай»). Для Шекли это всегда трагикомедия: символичный рассказ «Город-мечта, да ноги из плоти» - тому подтверждение.
Законно возникает вопрос: почему же книги Шекли – столь радикального содержания, выпущенные тиражами зашкаливающими за миллионные отметки, – все же не ведут людей на «штурм неба»? Ленин писал, что «Никакими книжками и никакой проповедью нельзя просветить пролетариат, если его не просветит его собственная борьба против темных сил капитализма». А Карл Маркс, говоря о радикальности, предполагал понимание сути вещей, осознанную классовость и революционную практику изменения общества.
Напоследок, хотелось бы посоветовать каждому критически мыслящему прочитать книги Роберта Шекли: вы ничего не потеряете, но приобретете многое. Марксисту Шекли не навредит, а другим уж точно не помешает!
Алекс Кинзер