Cмену ельцинского режима на путинский смело можно назвать государственным переворотом. Если не по методам, то по результатам этого события. Результат - это, прежде всего, изменение социально-политической структуры государства, связанное с консолидацией правящего класса и "укреплением властной вертикали". КПРФ в этой новой структуре досталось куда более скромное место, чем при Ельцине, в годы правления которого она хоть и совершенно не собиралась оказывать серьезного сопротивления реставрации капитализма и уж тем более вести рабочий класс к завоеванию власти, тем не менее, всячески препятствовала принятию целого ряда социальных и политических законопроектов антинародного толка, в которых очень нуждались наиболее реакционные круги российской буржуазии. Путинская клика эту проблему решила. КПРФ начали вытеснять ото всюду - из парламентских комитетов, местных органов власти, СМИ. "Уступки" же она могла теперь получить разве что в виде возвращения музыки сталинского гимна, да красного знамени в российской буржуазной армии, но никак ни в вопросах социальной политики. К этому прибавилось еще и то обстоятельство, что большинство национал-патриотов, ранее так или иначе состоявших в блоке с КПРФ, перешло на сторону Путина, да и сам "патриотический" электорат постепенно перетек к нему.
В этих условиях руководство КПРФ вынуждено было пересмотреть свою политику и начать активнее аппелировать за поддержкой к трудящимся массам. Отсюда и увеличившееся в последнее время внимание к социальным вопросам, и уменьшение количества национал-патриотической риторики. Ведь обобранных до нитки пролетариев реакционной демагогией про "святую Русь" не накормишь. Этот поворот влево ни в коем случае, конечно, не означает поворота к революционной и настоящей коммунистической политике. КПРФ как была, так и остается парламентской партией, а ее политическая платформа - очень умеренной и реформистской. Все силы тратятся на выборы, а не на организацию борьбы пролетариата. И, тем не менее, хотя бы с целью предвыборной пропаганды руководство партии вынуждено время от времени идти на организацию акций протеста.
Но даже те изменения в политике КПРФ, которые все-таки произошли, остаются крайне половинчатыми и непоследовательными. Партийное руководство находится под постоянным давлением как "сверху", со стороны российской буржуазии, так и "снизу" - со стороны все более радикализующегося российского пролетариата. Усидеть же на двух стульях, как известно, невозможно. И именно попытками лидеров партии опровергнуть эту азбучную истину и объясняются как все зигзаги и противоречия в политической линии КПРФ, так и громкие организационные скандалы последнего времени, связанные с исключениями, выходами и отколами от нее различных деятелей и групп.
Поддержка политики Зюганова внутри его партии сейчас крайне мала. В обществе его рейтинг намного ниже, чем рейтинг КПРФ. Большинство россиян все-таки понимает, что Зюганов и партия - это не совсем одно и то же. Но, не смотря на растущее недовольство в КПРФ, он до сих пор устоял на посту ее лидера. Почему? На это, как мне кажется, есть две причины. Во-первых, ему очень ловко удавалось находить "козлов отпущения" (для сваливания на них ответственности за провалы своей собственной политической линии) в лице наиболее одиозных и правых деятелей партии, и тем самым отводить огонь критики "направо" - на тех же самых Селезнева, Губенко, Горячеву и т.д. К тому же в КПРФ и ее структуры всегда проникали различные представители буржуазии, которые в обмен на финансовую поддержку сразу же получали партийные и НПСР-овские посты и места в предвыборных списках. При этом политическими взглядами и целями этих элементов, как правило, не очень-то и интересовались. Теперь же, под огнем "слева", у Зюганова появилась возможность просто пожертвовать некоторыми из этих людей и тем самым на время разрядить обстановку. Даже сопредседатель НПСР Г.Семигин подвергается сейчас достаточно резкой критике со стороны руководства КПРФ. Вторая же причина, позволившая Зюганову удержаться на посту лидера партии, - это предстоящие выборы. Коней на переправе не меняют. Вот только вряд ли ему простят очередной проигрыш.
КПРФ в настоящий момент единственная партия, представляющая левый спектр в "большой" политике России, но в отличии от европейской социал-демократии, занимающей ту же самую политическую нишу, она не имеет сильной опоры ни в профсоюзах, ни в рабочем движении вообще. Это, прежде всего, объясняется политикой самих профсоюзов, руководство которых тяготеет к правой части политического спектра. И, несмотря на то, что во многих регионах профсоюзам и КПРФ удается действовать вместе, более-менее крепкой политической спайки у них нет.
В данный момент ситуация в стране требует от КПРФ резкого изменения ее политического курса: решительного поворота лицом к рабочему классу, к профсоюзам, к молодежи, спиной - к "национальной буржуазии", к церкви, к националистам. Не будет большим преувеличением сказать, что это сейчас вопрос жизни и смерти для КПРФ, как массовой и влиятельной политической организации. Однако, несмотря на то, что определенные шаги в этом направлении и делаются, последовательно проводить новую политику нынешнее руководство партии неспособно совершенно. Именно поэтому сейчас как никогда остро и встала задача смены этого руководства.
М.Мурлин