Одним из признаков революционной
ситуации Ленин называл раскол в правящем классе. Разумеется он имел ввиду, не
обычную борьбу различных фракций буржуазии, продиктованную конкуренцией и столкновением
экономических интересов, которая идет каждодневно в любой буржуазной стране,
а такую ситуацию когда перед лицом надвигающейся революционной бури одна часть
буржуазии сохраняет полную лояльность существующей власти, а другая заявляет
о своей оппозиционности и даже революционности, в надежде спасти еще то, что
возможно спасти. Для буржуазии порой самым удобным способом задушить революцию,
является ее возглавить.
В России буржуазия пока заинтересована в сохранении путинского режима. Только Путин может ей обеспечить перекладывание налоговой нагрузки на население, крайне выгодные условия для эксплуатации пролетариата и новый виток приватизации на этот раз транспорта, ЖКХ и энергетики, подготовкой к чему и явилась "монетизация льгот". Но надо понимать, что на бонапартизм буржуазия соглашается лишь тогда, когда только он может эффективно охранять буржуазный строй. А режим Путина все менее популярный и оказывающийся в политической изоляции, теперь становиться для нее крайне ненадежной гарантией. И становиться необходимым иметь более популярного правителя. В России это пока начинают осознавать наиболее дальновидные и хитрые представители правящего класса. Бывший путинский премьер Касьянов, который вообще никогда не занимался публичной политикой, вдруг презентовал себя на роль лидера демократической оппозиции, эдаким российским Ющенко, а раскручиваемый все последнее время, всеми каналами телевидения националист и проходимец Рогозин, появился на украинском телевидении в оранжевом шарфе, а на одной из пресс-конференций заявил о своем переходе в оппозицию к Путину. Конечно глупо на основании этих фактов, хоронить буквально на завтрашний день режим Путина, но и недооценивать их нельзя. Начинается раскол в правящем классе. Крысы бегут с тонущего корабля. Это очень важный симптом.
Попутно стоит заметить, что было бы грубой ошибкой изображать этот намечающийся раскол как борьбу "национальной" и "компрадорской", "либеральной" и "тоталитарной", "прогрессивной" и "реакционной" буржуазии и т.п. Эти вульгарно-социологические определения вообще играют очень относительную роль, а в России и вовсе не имеют никакого смысла. За годы контрреволюции здесь так и не сложилось стабильных группировок буржуазии с четкими политическими линиями. Экономические же интересы конечно вполне определенны, но для их защиты иному капиталисту сегодня нужно быть демократом, завтра поддерживать Путина, послезавтра и вовсе записаться в КПРФ. Отсюда так распространены в российской буржуазной политике переходы из одного лагеря в другой и разного рода авантюризм.
На фоне растущих протестов и забастовок, которые в настоящий момент докатились и до Москвы, Путин все больше оказывается в политической изоляции, отчасти даже внутри правящего класса. На кого он может опереться в случае начала революционных событий? Армия никогда не была слишком надежной опорой нынешней власти. 122-ой закон вызвал в ней брожение, которого не было со времен Рохлина. Правда пока это касается лишь офицеров. Степень их недовольства очень хорошо показало прошедшее офицерское собрание, где правда революционно-демократические требования (создание народного ополчения) соседствовали с националистическими и имперскими. Да, оппозиция в армии может принять и крайне реакционные формы, но в любом случае Путин на нее вряд ли сможет опереться. В дело подавления народных выступлений смогут сгодиться лишь различные наемные спецподразделения набранных из разного рода отбросов и подонков отличившихся зверствами в Чечне, и пожалуй ОМОН. Хотя как показали протесты пенсионеров, даже ОМОН не слишком надежен в этом плане. Разумеется, самой надежной опорой Путина остается ФСБ, но методы этой конторы, сводящиеся в основном к разного рода провокациям и терроризму, малоэффективны в период общественного подъема. МВД, находящееся в перманентом ведомственном противостоянии с ФСБ, так же может оказаться не очень приспособленным для того чтобы стрелять в народ.
Но главная проблема режима это конечно отсутствие всякой поддержки в народных массах. Пассивная поддержка еще довольно значительной части населения, которая пока лишь в силу инертности не выражает своего неприятия существующего строя, конечно еще есть. Но когда дело дойдет до борьбы, режиму понадобится те, кто мог бы за него сражаться на улицах. А вот сгоняемые в приказном порядке на митинги "Единой России" в поддержку монетаризации льгот, студенты, для этой цели явно не подходят. Путину, для расправы с оппозицией нужна своя Черная Сотня. И вот недавно подобие таковой было создано в лице движения "Наши". Главой новой шайки или как сейчас принято выражаться "проекта" кремлевской администрацией назначен все тот же Якеменко. Его предыдущая, не менее одиозная организация "Идущие вместе" уже мало подходит для выполнения поставленных задач. Собранные за умеренное материальное вознаграждение студенты, годятся лишь для борьбы со своими "демократическими" двойниками вроде недавно созданного движения "Идущие без Путина", или на крайний случай с маргиналами из НБП и АКМ, но они разбегутся при первых нанесенных им поражениях со стороны рабочего класса. Для новой организации нужны боевики и погромщики. Но из какой среды их можно навербовать? Из уголовников, скинхэдов и прочих отбросов. Еще "Идущие вместе" засветились в скандале, когда обнаружилось, что руководитель одного из отделений этой организации является некто Алексей Митрюшин, по совместительству вожак банды фашистов "Бешенные жеребцы", а члены этой банды активно участвуют в деятельности "Идущих". Так же тогда стало известно о причастности "Идущих вместе" к организации погрома в Царицыно. Отнюдь не случайно, что власть все время так благосклонно относится к группировкам скинхедов. Фашизм - это средство которое хоть и редко используется, но всегда остается в арсенале буржуазии. Опыт привлечения уголовников к расправе с оппозицией тоже у нынешней власти имеется. В частности они активно участвовали в подавлении протестов в Калмыкии в прошлом году. Не редки случаи и угроз или даже физической расправы мафии над рабочими активистами.
В свете рассматриваемого вопроса представляет некоторый интерес недавно осуществленное убийство Масхадова. Объявленное им перемирие явилось серьезным пропагандистским ударом по Путину и прежде всего по его взаимоотношению с западной буржуазией. Необходимо было раз и навсегда избавится от этой проблемы. Кремль еще с ельцинских времен проводит тактику поддержки наиболее реакционной части чеченского сопротивления и устранения и дискредитации хоть сколько нибудь вменяемой. Когда в Чечне в период между войнами появились ваххабиты, Москва фактически выразила им поддержку в борьбе с Масхадовым. Известный полевой командир Арби Бараев активно работал на российские спецслужбы и при их поддержке превратил похищения людей в прибыльный бизнес. Известно так же о контактах президентской администрации с Басаевым (работавшим на Кремль еще во времена войны в Абхазии) незадолго до вторжения в Дагестан. Можно привести еще массу подобных примеров. Эта тактика неизменно приносила успех Москве. Чеченское сопротивление маргинализировалась и оказалось серьезно дискредитированным и что особенно важно для Кремля, дискредитированным так же в глазах Запада. Но следствием этой политики стал Беслан и серия терактов против мирного населения. Собственно вышеописанный метод отнюдь не изобретение Кремля. Его активно применяли американцы, поддерживая Саудовских ваххабитов и Бен Ладена, а так же Израиль, оказавший поддержку Хамас.
Когда Масхадов убит не
с кем будет Западу призывать вести переговоры. По сути дела это убийство имеет
ту же цель что и провокация с антисемитским письмом депутатов - показать Западу,
что если не будет Путина и его режима, то Западу придется иметь дело с антисемитами,
исламскими фанатиками и черт знает с кем. Михаил Делягин пишет про недавнюю
встречу в Братиславе: "Никаких существенных решений на встрече якобы не
было принято. Но по всем болезненным для нынешнего руководства России вопросам:
"демократических преобразований", Чечне, политической реформе Путина,
атомной электростанции в Бушере и даже по "делу ЮКОСа" - Буш пошел
навстречу Путину… Огромный шаг навстречу Путину, демонстративно сделанный Бушем
по безразличным для России, но крайне болезненным для ее руководства проблемам,
может иметь лишь одно объяснение: это ответ на не менее, а скорее всего - и
более значимый встречный шаг Путина. Шаг, полностью оставшийся в тени и скрытый
не только от нашей страны, но и от всего мира. Шаг, после которого на умилительной
пресс-конференции по итогам переговоров даже у верного продолжателя "курса
Горбачева" явственно подгибались ноги. Ценой этих уступок президент Путин,
вероятно, вновь получил "ярлык на княжение"." Это наверное некоторое
преувеличение Делягина, но вполне так же очевидно, что Путин в борьбе против
надвигающейся бури внутри страны ищет поддержку Запада и находит ее. Ведь каковы
бы не были противоречия между империалистами, перед лицом своего классового
врага они очень часто объединяются.
М.Мурлин.