Пожалуй, нет другого такого
страшного жупела троцкизма, как "перманентная революция". Жупел этот
тем более страшен, что большинство современных левых практически совсем не представляет
себе, что же это такое "теория перманентной революции". Поэтому для
начала маленький исторический экскурс в теорию.
Давняя "теоретическая
традиция, которую имеет данная теория по сути дела восходит к предположению
сделанному Марксом в 1850 году, которое, в свою очередь, было подсказано опытом
революционного подъема 1848-50 гг. … Именно на примере этих событий Маркс и
Энгельс вывели концепцию о том, что революция, которую начинает буржуазия, -
неизбежно стремиться к социалистической ступени". Теория эта получила дальнейшее
развитие в ходе революции 1905 г.
Накануне 1905 года в России
возникли самые разные мнения о приближающейся революции. Какой будет революция?
Какую роль сыграют в ней социал-демократы?
Позиция Плеханова и меньшевиков заключалась в следующем, они рассматривали назревавшую революцию как буржуазную, в том смысле, что революция должна быть совершена крестьянством, и задачи этой революции будут буржуазными. Руководящая роль при этом также отводилась буржуазии, рабочий класс представлялся лишь как компонент грядущей революции, вы ступающий в качестве младшего партнера буржуазии. И только после определенного периода господства в России капитализма пролетариат приобретет такую мощь , что в ходе новой революции свергнет уже саму буржуазию. Данная схема приобрела название "теории этапов".
Позиция большевиков и Ленина отличалась от Плехановской. Ленин был согласен, что назревающая революция будет буржуазной по своему характеру. При этом главным вопросом революции он считал аграрный вопрос, соответственным было и его отношение к крестьянству, тут позиции Ленина и Плеханова не расходились. Расхождение начиналось в другом. Ленин не доверял русской буржуазии как лидеру крестьянства. Причина была в следующем: буржуазия была слишком связана с помещиками, порвать эти связи и возглавить антифеодальную борьбу ей было очень трудно. Исходя из этого Ленин отводил руководящую роль пролетариату. Это было новым, до него никто не рассматривал возможность лидерства рабочего класса в царской России. Исходя из этого Ленин пришел к выводу что в случае успеха революции у власти должна стать "демократическая диктатура рабочих и крестьян". Ленин был весьма аккуратен в этом вопросе и не исключал возможности для крестьянства сыграть независимую политическую роль. Ленин не исключал, например возможность крестьянского правительства. Ленин предсказывал, что русская революция даже будучи буржуазной, даст сильный толчок социалистической революции на Западе и установлению социализма в Развитых промышленных странах, откроется замечательная возможность взаимодействия Западной революции с русской и привнесения социализма в Россию.Троцкий определил позицию Ленина как "алгебраическую".
Теперь перейдем к позиции
Троцкого. Троцкий поддерживал Ленина в том, что основной ход событий будет носить
буржуазную направленность, что рабочие совершат эту революцию в союзе с крестьянством
и что лидерство будет за рабочими. Троцкий, однако, считал что "алгебраическая"
формула "демократическая диктатура рабочих и крестьян" могла бы быть
заполнена и нет необходимости оставлять ее такой расплывчатой и с таким множеством
переменных. Он предупреждал о том, что оставив много неопределенных элементов,
партия подвергается серьезному риску когда начнется революция, не исключена
возможность дезориентации в ситуации.
Основываясь на опыте 1904 и начала 1905 года, которые ясно показали, что либеральная
буржуазия не является лидером революции и ведет себя крайне пассивно, с другой
стороны, что крестьянское движение принимает все больший и больший революционный
размах и в тоже время не находит политических форм выражения этого движения,
Троцкий выдвинул концепцию о руководящей роли рабочего класса в движении. При
этом Троцкий считал, что не только крупная, но и мелкая городская буржуазия
не достаточно политически активны и радикальны, чтобы возглавить революцию.
Троцкий развил формулу
Ленина до следующей схемы.В случае решительной победы революции, власть переходит
в руки класса, игравшего в борьбе руководящую роль, - другими словами в руки
пролетариата. Что , конечно не исключало вхождение в правительство представителей
непролетарских общественных групп, поскольку пролетариат не сможет упрочить
свою власть не расширив базы революции.
При этом, Троцкий отмечает, что "представлять себе дело так, что социал-демократия
входит во временное правительство, руководит им в период революционно-демократических
реформ, отстаивая их наиболее радикальный характер и опираясь при этом на организованный
пролетариат, - и затем, когда демократическая программа выполнена, с-д выходит
из выстроенного здания, уступая место буржуазным партиям, а сама переходит в
оппозицию и, открывает таким образом эпоху парламентской политики, - представлять
дело так значило бы компромитировать самую идею рабочего правительства".
"Раз партия пролетариата
возьмет власть, она будет бороться за нее до конца. Если одним средством этой
борьбы за сохранение и упрочение власти будет агитация и организация, особенно
в деревне, то другим средством будет коллективистская политика. Коллективизм
станет не только неизбежным выводом положения партии у власти, но и средством
сохранить это положение, опираясь на пролетариат".
Октябрьская революция расставила все точки над i. "Во время Февральской
революции 1917г. режим Керенского - капиталистический режим, причем очень демократическая
его разновидность - был ошибочно принят старыми большевиками за "демократическую
диктатуру". Они использовали формулу Ленина: то что мы будем иметь - это
демократическая диктатура рабочих и крестьян. Таким образом когда Керенский
пришел к власти и принял ряд прогрессивных мер, старые большевики включая Сталина,
увидели в этом "демократическую диктатуру" и поддержали Керенского.
Ленин отмечал, что в этом
была определенная доля правды, что в данной формации - то что он называл керенщиной
- можно было обнаружить некоторое сходство с "демократической диктатурой
рабочих и крестьян". Тем не менее по своей сути это была буржуазная демократия
и своей практической деятельностью она доказывала неспособность решить основные
проблемы. Она была неспособно решить аграрную проблемы, национальную проблему,
вопросы войны и мира. Правительство Керенского было против выхода России из
войны. Все это побудило Ленина незамедлительно порвать с такого рода "демократической
диктатурой". Иначе говоря это было признанием правоты Троцкого по поводу
неспособности буржуазии руководить данной революцией и, по сути дела, Ленин
придерживался того же мнения. Но его формула оставляла открытой рассматриваемую
возможность, что и толкало старых большевиков сделать серьезную ошибку.
Тогда Ленин перевооружил
партию апрельскими тезисами - рядом тезисов, в которых он собственно адоптировал
большинство выводов Троцкого. И в связи с этим Ленина обвинили в троцкизме.
В апреле 1917 г. старые большевики говорили, что он "продался Троцкому".
…
Затем свершилась Октябрьская революция и мы сейчас видим, как на практике была
осуществлена теория перманентной революции".
Что же заставляет нас снова и снова возвращаться к этой "похороненной"
сталинистами теории.
Современная ситуация в России.
Пришедший к власти в результате
контрреволюции 1991 года режим Ельцина был режимом социального регресса и экономического
кризиса. По своей социальной сути он являлся бонапартистским, т.е. правящим
от имени еще не сформировавшегося класса, и, уже, поэтому был вынужден лавировать
между различными общественными интересами и при этом неизменно опираться на
карательные силы государства. Наиболее полно и ярко бонапартистский характер
Ельцинского буржуазного режима проявился в сентябре-октябре 1993 года, когда
две противоборствующие фракции этого режима и всей российской буржуазии столкнулись
в острой схватке за власть и собственность. Обе они при этом в своей попытке
захватить власть активно апеллировали к массам, недовольство которых своим социальным
и экономическим движением вызвало сразу после контрреволюции августа 1991 года
массовое движение, направленное против рыночных реформ.
Сегодня процесс реставрации капитализма в России практически полностью завершился.
Решающие отрасли промышленности находятся в частных руках. Большая часть бывшей
номенклатуры превратилась в капиталистов и вполне довольна своим нынешним положением.
Путинский режим, несомненно, имеет, гораздо большую, устойчивость по сравнению
с режимом Ельцина, ибо российская Буржуазия не только уже практически сформировалась
как класс, но и осознала себя в качестве класса.
При всем этом власть буржуазии
в России базируется сегодня на весьма зыбком фундаменте. Огромная зависимость
от экспорта, разрушающаяся социальная инфраструктура, застой в обрабатывающей
промышленности и отставание в сфере науки - все это делает экономический рост
крайне неустойчивым, грозящим также стремительно перейти в кризис. "Давайте
поставим вопрос более конкретно: развивала ли буржуазия производительные силы
России после своей победы в 1991 году? Ответ будет однозначно отрицательным.
Российская буржуазия не играет никакой прогрессивной роли в экономике. Само
появление новой российской буржуазии стало возможно только в результате целенаправленной
деятельности правившей в СССР бюрократии по реставрации капитализма. Появление
основной массы состояний было бы просто невозможным без разворовывания государственной
собственности. И сегодня наша буржуазия сохраняет самые тесные связи с бюрократическим
государственным аппаратом. Даже наиболее крупная олигархическая часть ее вынуждена
идти в русле генеральной политики. Несогласные устраняются с деловой и политической
сцены. Березовский, Гусинский, Ходорковский, вот наиболее яркие примеры. Такое
положение не устраивает либеральную буржуазию, с точки зрения которой правительство
не достаточно быстро и качественно проводит либеральные реформы и не дает им
воспользоваться теми политическими возможностями, которые открывают их капиталы.
Мелкая и средняя буржуазия также высказывает свое недовольство диктатурой бюрократии.
Последние "предложения" Путина грозят лишить их той возможности оказывать
влияние на бюрократию, которую они имели заседая в органах представительной
власти. Таким образом, на сегодняшний день начал складываться блок социальных
и политических сил, готовых выступить против "Путинского авторитаризма".
Но, подобно российской буржуазии начала XX века, новая русская буржуазия слишком
тесно повязана с действующим бюрократическим аппаратом, она не сможет порвать
с ним не задевая тем самым собственных интересов. И уже этот факт лишает ее
возможности возглавить революционную борьбу с режимом.
Нынешнее положение рабочего
класса, на наших глазах превращающегося по мере становления в России буржуазного
общества и разворачивания во всей своей полноте буржуазных производственных
отношений, в класс классического пролетариата, весьма сильно и принципиально
отличается от того социального статуса, который он еще десятилетие назад имел
в качестве рабочего класса СССР. И поэтому вряд ли стоит удивляться тому, что
он только начинает еще осознавать свои коренные классовые интересы и избавляться
от привычек и предрассудков, десятилетия навязывавшимся ему сначала "коммунистами",
а затем и пришедшими им на смену "демократами". К тому же за долгие
годы господства сталинизма, в течение которых рабочий класс России не имел ни
своей собственной политической партии, ни сколь бы то ни было независимых от
государства профсоюзных организаций, оказалась прервана не только революционная
традиция российского пролетариата, но даже и традиция его чисто экономической,
профсоюзной борьбы. И поэтому только формирующееся еще на наших глазах рабочее
движение России вынуждено сегодня практически заново, путем многочисленных проб
и ошибок, постигать методы и организационные формы борьбы за свои классовые
интересы.
В этих условиях рабочий
класс кровно заинтересован в том, чтобы сохранить те элементы буржуазной демократии,
которые имеются сегодня в России, сокращение и уничтожение демократических институтов
означало бы значительное сокращение возможностей для классового роста и консолидации
пролетариата. На почве борьбы за буржуазно-демократические институты интересы
рабочего класса и части буржуазии совпадают. Но только констатировать такое
совпадение и ограничиться этим, значит сегодня, с высоты исторического опыта
предать интересы рабочего класса.
Революционерам необходимо четко осознать и проводить это в своей каждодневной политической деятельности, что только политической доминирование в этой борьбе рабочего класса может позволить полностью и последовательно решить "демократические" задачи стоящие перед современным российским обществом.
О лево-правом блоке.
Вопрос о возможности, необходимости
и условиях блока с различными группами буржуазии в современной России уже поставлен
в повестку дня. Поставлен самим ходом событий.
В доклад Г.А. Зюганова на пленуме ЦК КПРФ 23 октября 2004г., который, в кои
то веки, отмечен печатью осмысленности подчеркивается: "бюрократия ради
своего выживания подавляла и будет подавлять любые ростки экономической и социальной
активности, не подвластные ее контролю. Это объективно сближает интересы самых
разных общественных сил в их противостоянии чиновничьему всевластию и произволу.
И у правых и у левых общий противник - самодержавие бюрократии с "гражданским
монархом" во главе. Х съезд КПРФ отметил, что этот строй реакционен даже
с точки зрения буржуазного прогресса. Но дело не только в общем противнике и
проистекающем отсюда сходстве некоторых тактических целей. Дело в том, КТО на
деле способен возглавить борьбу против общего противника. КТО объективно может
довести эту борьбу до конца, а КТО обречен на гнилой компромисс с противником.
Наша позиция: Либералы
- противники политического режима, с которым мы боремся. Но противники половинчатые
и непоследовательные, всегда готовые вступить с режимом в компромисс. Ибо народа
они боятся больше, чем режима. В их охвостье мы никогда не превратимся. Коммунисты
должны быть, как и предусматривает Программа КПРФ, лидерами общедемократических
преобразований, в то время как либералы по своему классовому положению всегда
будут изменять делу народа. Старый принцип взаимоотношений РСДРП с либеральными
партиями: "Врозь идти, вместе бить". Это предполагает взаимный обмен
информацией, консультации, координация действий. Все - в уместных рамках и при
условии принятия на то особого политического решения в каждой конкретной ситуации.
Но ни в коем случае не организационное соединение, не участие в общих структурах
даже при решении частных задач".
О том, что последние слова
Зюганова полностью расходятся с реальной практикой КПРФ, говорить не приходиться.
Вот т.Котовский разослал "Послесловие к пленуму Алтайского обкома".
Стоит обратить внимание на то, что пошиет явно не рядовой член КПРФ: "Давайте
попробуем рассмотреть только один тезис - " концентрация на парламентской
деятельности - губительна для коммунистической партии". Он явно находится
в противоречии как с тактикой, так и стратегией КПРФ, можно сказать даже больше
- со всем идеологическим фундаментом, подведенным тов. Зюгановым и компанией
под свою деятельность в годы торжества капиталистической контрреволюции…(Далее
автор проводит сравнение между тактикой КП Испании и др. "еврокоммунистических"
партий и КПРФ).
Оставим на совести злопыхателей (в лице почти политкаторжанина Эдуарда Лимонова)
утверждение о случайности прихода к власти в КПРФ Г.А.Зюганова в страшные дни
1993 года. Будем считать, что оказался человек в нужном месте в нужное время.
Но также очевидно, что в независимости от этого, дальнейшая судьба КПИ и трагедия
КПРФ, которая разворачивается на наших глазах, имеет под особой какие-то общие
закономерности. Позже мы к ним вернемся.Итак, в 1975 году генералиссимус Франко
умер. В 1977 году КПИ официально была легализована и приняла участие в первых
демократических выборах. Да, пропустил - перед этим испанские коммунисты под
руководством Каррильо создали Демократическую хунту (у нас это называется Народно-патриотический
союз России, т.е. НПСР) в которой попытались объединить всех противников франкизма,
не взирая на их политические убеждения, а также вступили в контакты с представителями
олигархического капитала и католическими организациями. Июль 1977 года, первые
демократические выборы - КПИ подошла к ним, имея в своих рядах 200 тысяч членов
партии, на протяжении 35 лет являясь главным действующим лицом борьбы против
режима Франко. Вот тут и свершилась "великая историческая несправедливость"
и начался обратный отсчет времени для Сантьяго Каррильо и той модели партии,
которую он создал. КПИ получила 10% голосов и 23 депутатских мандата. Выборы
выиграла Испанская социалистическая рабочая партия, ровесница КПИ, влачившая
жалкое существование на протяжении почти 40 лет, с 5 тыс. членами, практически
без инфраструктуры... Победа была оглушительная и руководители ИСРП к своему
великому изумлению, чуть было не получили абсолютное большинство в парламенте....
Стремясь во чтобы-то ни стало вернуться на политическую сцену, Каррильо отказался
от идеи республики, поддержал монархию (как это чудно напоминает нашего Проханова!),
признал красно-желтый флаг (надо понимать, аналог нашего власовского триколора),
во время визита в США публично отказался от ленинизма (ау!! Кара-Мурза!!), занял
абсолютно антисоветскую позицию, одним словом - руководство КПИ полностью перешло
на сторону наших противников в холодной войне и вообще, изо всех сил пыталось
интегрироваться в существующую политическую систему, как ее неотъемлемая часть.
Результат - в октябре 1982 года 4 места в парламенте, бесконечные расколы в
партии, добровольная отставка генсека и исчезновение его в политическое и человеческое
небытие.Теперь большая цитата из Антонио Фернандеса Ортиса. Вообще, его работа
заслуживает того, что бы быть прочитанной полностью - заходите на адрес......
"Коммунисты не поняли природы изменений, которые происходили в Западной
Европе. Из их поверхностного анализа делались ошибочные и губительные практические
выводы. Главным из них было - продолжать идти по пути идеологического отступления.
Общество в целом оказалось впереди коммунистов и вообще левых сил. А они плелись
в хвосте, стараясь найти лазейку, чтобы внедриться в систему, которую правые
либералы строили в соответствии со своим проектом. Левые не имели языка теоретических
понятий, на котором можно было бы объяснить те процессы, которые происходили
в обществе. Они не выдержали давления и идеологического наступления либералов
и отказались от поиска решений. Хуже того, они пришли к выводу, что решение
заключается в теоретическом разоружении. По этому пути, не всегда сознательно,
левые перешли, почти не заметив этого, в лагерь своих собственных идеологических
противников".…исторические параллели и уроки, которые можно сказать "вопиют"
со страниц работы Ортиса Как быть с осознанием того ФАКТА, что руководство КПРФ
разменяло уходящие, последние жизненные силы десятков тысяч рядовых членов партии
на три сотни персональных пенсий депутатов государственной думы и квартиры в
городе нашего национального позора и трагедии? Как быть с тем фактом, что огромные
финансовые, а самое главное, человеческие ресурсы, выброшены на ИСТОРИЧЕСКИ
ОБРЕЧЕННУЮ ИДЕЮ выиграть президентские выборы или завоевать парламентское большинство
в рамках буржуазного государства? Как быть с тем фактом, что руководство КПРФ
за годы капиталистической реставрации вольно или невольно позволило буржуазии
(как мировой, так и вновь возникшей, местной) направить ЭНЕРГИЮ СОВЕТСКОГО ПРОШЛОГО,
огромную интеллектуальную инерцию советского народа в бесплодное русло парламентской
мышиной возни? "Лимит на революции в России исчерпан" - эта фраза
вечно будет гореть позорной печатью на бугристом лбу Геннадия Андреевича".
А вот как описывает сложившуюся
ситуацию один из лидеров МЛФ Илья Пономарев:
"…пока нет ощущения того, что у кого-то из участников интеграционных процессов
есть хоть какое-то видение будущего. Вместо этого есть подозрение, что все пытаются
друг друга использовать в своих личных интересах, точнее - в интересах личного
выживания. Левым не хватает внимания СМИ, и они пытаются привлечь симпатичные
журналистам фигуры справа. Правые не в состоянии вывести достаточное количество
людей на митинг, и обращаются к левым за <массами>. У отдельных патриотов
есть деньги, но нет харизмы, и они обращаются к другим за устранением этой коллизии.
В целом же сильно ощущение дежа вю: только концепция <советского реванша>
заменяется концепцией <ельцинской реставрации>; а <красно-белый союз>
- <лево-правой оппозицией>. По-моему, мы это уже проходили. Хочется сравнить
многих сегодняшних политиков с Бурбонами постнаполеоновской Франции: они ничего
не забыли и
ничему не научились. Именно это и является той причиной, по которой участие
левых в митинге 29 октября, митинге, главной темой которого, согласно пресс-релизу
организаторов, являлся призыв к защите действующей Конституции, было абсолютно
неприемлемо. Этот призыв на самом деле означает призыв к сохранению основ того
самого антидемократического авторитарного строя, который мы наблюдаем в России,
и он является прямым нарушением программных принципов левых…
В итоге сегодня <правые> упорно говорят о нарушении Путиным Конституции
- <если не буквы, то духа>. Смею предположить прямо противоположное. Если
буква Конституции, возможно, и была нарушена инициативой о назначении губернаторов,
то дух точно нет. Она изначально написана для того, чтобы полностью развязать
руки действующему президенту, это была ее главная задача в борьбе с Верховным
Советом в 1993-м, и вопрос о приходе авторитарного лидера был лишь вопросом
времени и удачи. Убежден, что люди, агитирующие за совместные действия под эгидой
<Комитета-2008> (и вообще, за любые действия, где обанкротившиеся <правые>
политики выставляются влиятельными оппозиционерами, имеющими народную поддержку),
гарантируют снижение собственного авторитета до того уровня, на котором в обществе
находится авторитет скомпрометировавших себя <реформаторов>, т.е. до нуля.
В девяностые они ударными темпами и гениальными пиаровскими ходами добились
дискредитации у граждан страны таких фундаментальных понятий, как <свобода>,
<демократия>, <либерализм>, <выборы>. Сегодня к этому набору
может добавиться слово <оппозиция>. Судя по тому освещению, которое тема
<лево-правого> альянса получила в СМИ, это хорошо понимают и на Старой
площади… Получается, что вступая в альянсы, построенные не на четко сформулированной
левой идее, а на тех или иных конъюнктурных соображениях, мы только помогаем
действующему президенту довершить разгром реальной оппозиции и выстроить свою,
<конструктивную оппозицию>, соответствующую самой сути <управляемой
демократии>. Вне всякого сомнения, настоящие левые должны приложить все усилия
к тому, чтобы выстроить единую и дееспособную оппозицию, включив в нее всех,
кто разделяет наши взгляды на жизнь, и готов идти с нами вместе. Мы не должны
выбирать, к кому примкнуть, к <либералам> или к <патриотам>. Они
<оба хуже>! Нам необходима системная работа и продуманная объединительная
стратегия, с помощью которой можно будет удовлетворить амбиции каждого из участников
процесса, не поступаясь нашими принципами…".
Таким образом стоит отметить,
что, имеющиеся в правящем классе России противоречия и носят чрезвычайно острый
характер. Эти противоречия объективно толкают часть буржуазии на путь борьбы
с существующим режимом. Данная часть буржуазии готова даже поддержать лозунг
"политической революции" против этого режима. Мы, большевики, должны
понимать, что во-первых, сама буржуазия не способна возглавить эту политическую
революцию и довести ее до победы, такая задача неизбежно ляжет на плечи рабочего
класса и его партии. Победа же пролетариата в качестве вождя этой политической
революции, неизбежно и притом очень скоро поставит перед ним задачи связанные
с глубокими вторжениями в права буржуазной собственности т.е. задачи революции
социальной, такми образом революция политическая не может не стать революцией
социальной, становясь тем самым перманентной революцией. Отсутствие осознания
такой перспективы со стороны рабочего класса ведет к печальным последствиям,
что можно увидеть на совсем еще свежем примере Аргентинской революции.
Отсюда же следует вывод
и по отношению к различного рода "народным фронтам" с буржуазией.
Ни в коем случае нельзя в угоду тактического союза замаскировывать, скрывать
цели и задачи стоящие перед борющимся рабочим классом, подменять их "на
первом этапе", задачами борьбы за прогрессивные интересы буржуазии.
"Марксизм же учил
неизменно, - пишет Троцкий - что результаты тех или иных действий, к которым
буржуазия вынуждается своим положением, будут тем полнее, решительнее, несомненнее,
прочнее, чем более независим по отношению к буржуазии пролетарский авангард,
чем менее склонен класть ей палец в рот, приукрашивать ее, переоценивать ее
революционность или готовность к "единому фронту" и к борьбе с империализмом".
Именно на этом постулате должна базироваться наша позиция в современной ситуации в России. Максимально самостоятельная и непримиримая борьба за интересы рабочего класса. Не примыкать к буржуазным блокам, а идти самим в авангарде, и если у буржуазии есть интерес примкнуть к нам, на наших условиях, мы рассмотрим такую возможность.
Лавр Бандиевский.