Цинизм
властей в Перми перешел все границы. Они все еще делают вид, что проблем в городе,
связанных с жителями частных общежитий нет. Напомним, на прошлой неделе состоялось
перекрытие проезжей части и акция протеста в Думе. Спустя неделю ситуация не
меняется. Так не выполнены основные требования - передача общежитий в муниципалитет,
вместо этого следуют обещания представить некоторый законопроект в Государственную
Думу РФ. Также не решен вопрос с выселением людей на улицу.
На заседании "круглого стола" эта проблема озвучивался уполномоченным по правам человека. Ей же было замечено, что в случаях массовых выселений люди пойдут на улицу, так как в Перми нет кризисных центров, а маневренный жилой фонд забит под завязку. Выселенцам в лучшем случае обещают приостановления исполнительного производства на некоторое время. Как показывает практика - все это лишь обещания. До сих пор не отозван ни один иск на выселение. Не понятно, как можно верить чиновникам в их пустых обещаниях, если в общежитии на Леонова,43а свет, газ и горячая так и не появились. Более того, отключили горячую воду по М. Рыбалко, 92, 93.Администрация снова "кормит" жителей общежития пустыми обещаниями. Люди прекрасно понимают, что могут просто оказаться на улице.
15 апреля, около 10:20, 20 человек вошли в общественную приемную полпреда президента в Уральском федеральном округе. Среди них были жители общежитий Б. Гагарина, 36, Леонова, 43а, М. Рыбалко, 92, 93, Бенгальская, 6. Они потребовали встречи с полпредом. Секретарь, хоть и слегка обалдела от такого большого количества посетителей, но быстро взяла себя в руки, зарегистрировала все требования и обращения, после чего ушла в кабинет к другим сотрудникам и уже не выходила без особой надобности. Активисты, решившие достучаться до официальной власти, прямо на месте написали заявления о голодовке и достали спальные мешки.
Когда стало очевидным, что протестующие никуда не уйдут сотрудники приемной
вызвали милицию. Милиция не заставила себя долго ждать и приехала почти одновременно
с телевидением. "Высокие милицейские чины" начали вызывать активистов
"на ковер" по одному, под предлогом выяснения, что же все-таки заставило
людей поступить подобным образом. После ряда дежурных вопросов следовало дежурное
сочувствие, а далее прозрачный намек на незаконность совершаемых действий. Таким
образом попытались обработать одну активистку. Попытка не удалась, поскольку
эта женщина уже не первый год отстаивает свои интересы и почти привыкла к разного
рода запугиваниям. Остальные активисты отказались общаться по одиночке с милицией.
Подошел полпред. Зашел в приемную и, даже не представившись, по принципу "начальство должны знать в лицо", предложил собравшимся выбрать делегатов для общения. Делегатов увели в отдельный кабинет и закрыли двери. Некоторое время Клепцин общался с инициативной группой жителей общежитий, предусмотрительно выставив за дверь все СМИ. Полпред сказал, что возьмет на контроль ситуацию и сообщит городским властям о конфликте. После этого посоветовал обратившимся к нему людям решать все цивилизованным путем, т.е. в судах, и потому покинуть помещение. Делегаты вернулись к остальным и продолжили акцию протеста, требуя вместо пустых обещаний реальных действий.
Увидев, что активисты не намерены уходить, власти решили сменить тактику. К
протестующим вышел один из высоких милицейских чинов и начал жаловаться на нелегкую
судьбу милиционера, постоянную усталость и недосып. Он попросил всех участников
протеста покинуть учреждение, чтобы его подчиненные смогли пойти отдохнуть.
После того как стало понятно, что уговоры и обещания не действуют на отчаявшихся
людей, чиновники и милиция начали выходить к протестующим по очереди и угрожать
всевозможными наказаниями. Активисты никак не могли понять, почему им нельзя
находиться в приемной, и для чего она существует, если людям нельзя там находиться
во время рабочего дня.
Сообразив, что захват здания "пришить" не удастся, потому как все двери проходы свободны и формального повода для вывода людей силой нет, г-н Клепцин начал жаловаться на невозможность работать и принимать посетителей. По его словам выходило, что работы много и посетители не могут получить консультации. Жители общежитий долго не могли взять в толк, что подразумевается под этим заявлением. Видимо, словом "посетители" сотрудники учреждения именовали бабушку, пришедшую на консультацию, потому что кроме бабушки и протестующих жителей общежитий в приемной никто так и не появился.
В три часа дня милиция сделала объявление о том, что в конце рабочего дня все равно всех выведут насильно, потому что приемная - объект режимный и на ночь должна ставиться на сигнализацию. И тогда в шесть часов вечера всем протестующим так или иначе придется покинуть приемную. Еще через час стало ясно, что жители общежитий никуда не уйдут. Тогда в срочном порядке был объявлен конец рабочего дня. Под давлением милиции участники акции протеста покинули учреждение. Они вышли на улицу и расположились на газоне. Сотрудники милиции, посовещавшись, без всяких объяснений задержали 15 человек. Их привезли в районное отделение милиции для составления протоколов. Сотрудник милиции, переписав фамилии задержанных, вдруг куда-то ушел. В актовый зал, где сидели активисты, задержанные милицией, начала собираться группа поддержки. Сотрудники милиции немного запутались, выясняя, кого они все-таки задержали, а кто пришел в отделение по собственной инициативе. Через какое-то время милиционеры все ж таки составили протоколы и всех отпустили.
Жители общежитий вышли на улицу и, посовещавшись, решили поехать в одно из общежитий для того чтобы продолжить голодовку там. Многие ушли на остановку, когда вдруг второй раз сотрудники милиции забрали одну из активисток. Все протестующие вернулись в отделение. Увидев такой поворот событий, "стражи порядка" быстро закрыли дверь в коридор, куда увели активистку, на замок. И попросили всех присутствующих выйти на улицу, на что тут же получили отказ и требование отпустить задержанную. Препирание было совсем недолгим, сотрудники милиции оставили бывших задержанных в покое. Через некоторое время "постовой" охранявший вход в коридор, "потерял бдительность" и оставил дверь в коридор открытой. Активисты воспользовались ситуацией и вернулись в актовый зал. Там они повторили свое требование отпустить задержанную. Поскольку строчился очередной протокол, протестующие решили подождать свою единомышленницу в актовом зале. Ее, как выяснилось, задержали за "безобразное поведение", опять таки толком не объясняя, в чем оно выражалось. После составления протокола, женщину попытались припугнуть "насильным приводом в милицию" в случае неявки и отпустили. Протестующие жители общежитий второй раз за день покинули не очень гостеприимное отделение милиции. Голодающие отправились в общежитие на Леонова, 43а. Так прошел первый день голодовки.
16 апреля участники акции протеста пошли на очередное заседание "круглого стола". Там снова звучали обещания. Уставшие от пустословия люди решили продолжить голодовку прямо на месте. Этим местом оказалась приемная заместителя главы города Сапко. После традиционных уговоров были вызваны сотрудники милиции. Для одной из голодающих женщин, Ирины Митрюшиной, пришлось вызвать скорую, так как у нее резко повысилось давление. От госпитализации Ирина отказалась, написав положенную в таких случаях расписку. Через некоторое время голодающие люди были выведены через черный ход. Их доставили в отделение и продержали до 23:30, после чего развезли по общежитиям. Выселенных уже традиционно доставили на Леонова, 43а.
17 апреля активисты, голодающие уже третий день, отправились к уполномоченному по правам человека по Пермскому краю Марголиной Татьяне. Марголина по каким-то причинам не смогла их принять. Вместо нее приемом занялась ее представитель. Беседа состоялась вполне доброжелательная, но и только. Представитель уполномоченного по правам человека рассказала о неком законопроекте, который разрабатывается администрацией и будет предоставлен в Государственную Думу и через 7-18 месяцев, возможно, будет принят. Как поняли протестующие, а они все находятся под угрозой выселения, их этот законопроект не спасет. Кроме того, представитель уполномоченного посоветовала заключить с собственником договор коммерческого найма, чтобы проживать в общежитии на "легитимных" основаниях.
После беседы протестующие жители перешли в холл, соединяющий два здания и находящийся рядом с приемной. Там они снова достали принесенные спальные мешки и пледы и расстелив их, привычно легли на голодовку. О случившимся узнал вахтер и примчавшись просил вести себя культурно. Затем пришел милиционер и обеспокоился состоянием цветов, находящихся в холле, заметив, что если с ними что-либо случится, то у голодающих третий день женщин будут проблемы. Депутаты Законодательного Собрания края, проводившие в соседнем зале очередное заседание, усиленно делали вид, что в холле подобные события происходят каждый день, а потому не стоит удивляться. Депутаты, проходили мимо, словно не замечая голодающих женщин. С другой стороны холла их поджидали репортеры, просившие комментарии по поводу отношения к происходящему. В ответ слышалось что-то тихое и неразборчивое.
Вечером ослабленных голодовкой женщин и тех, кто пришел выразить сочувствие обвинили в экстремизме. Предложили выйти добровольно, угрожая при этом уголовной ответственностью. Женщины экстремизма в своих действиях не нашли и выйти отказались. Сотрудники правоохранительных органов на этот раз применили грубую силу. Они вытащили протестующих силой, волоча при этом ослабленных голодовкой женщин по полу. После чего, с жительницами общежитий, не привыкшими к применению грубой мужской силы, случился нервный срыв. Виктора Хомутова, пришедшего проведать голодающих, по словам одной активистки, сотрудник милиции даже "слегка придушил", заставляя покинуть помещение.
Задержанных вновь доставили в отделение. На женщин стали составлять протоколы,
а студента-активиста решили почему-то поместить в спецприемник. Через некоторое
время, когда женщины отказались давать показания, пока не отпустят молодого
человека, милиционеры передумали. Виктора и голодающих женщин отпустили по домам.
Из-за переживаний у голодающих женщин резко ухудшилось здоровье. Так врач констатировал, что Мария П. из-за серьезных проблем с желудком не может продолжать акцию протеста. У Марины Я. обострилась бронхиальная астма. Голодовка ей, по словам врачей, строго противопоказана. Из-за постоянного нервного напряжения у Анастасии Т. резко повысилось давление. Продолжать голодовку она не может в связи с угрозой для жизни. Жительницы Леонова, 43а так же были вынуждены обратиться к врачам.
Требования жителей общежитий так и не выполнены. Коммунальные услуги не подключены
до сих пор. Ирине Митрюшиной вместе с семьей судебный пристав предложил до 22
апреля добровольно покинуть жилое помещение. В противном случае 23 апреля ее
выселят принудительно. А пермская власть в очередной раз не замечает проблем
жителей города…
Claire K.