28 июня в Москве состоялась столь долго подготавливавшаяся акция протеста под лозунгом: "Остановим полицейский беспредел", запланированная в рамках кампании "Россия без Путина". Беспредел, правда, не только не остановили, но лишний раз получили подтверждение его утвердившейся железной незыблемости.
Первоначально, акция планировалась, как ответ на события 28 мая в Москве, когда озверевший ОМОН с небывалой жестокостью разогнал антиглобалистский митинг против проведения саммита Россия-Евросоюз (правда, наиболее пострадавшие тогда антиглобалистские организации участия в ней не приняли). Однако, беспрецедентное событие, случившееся накануне - окончательное принятие Госдумой закона об экстремизме - внесло в тематику митинга свои поправки. К протесту против произвола сотрудников милиции, задерживающих и избивающих людей даже на санкционированных митингах, добавились протест против беспредела ФСБ, фабрикующего политические процессы, и против беспредела депутатов, принимающих драконовские законы.
Проблемы начались с того, что префектура ЦАО вместо митинга разрешила пикет (без использования звукоусиливающей техники), а место проведения, из-за проходившего кинофестиваля, было перенесено на другую сторону Тверской улицы. Хотя акция заранее была очень широко разрекламирована (в одном только московском метро было расклеено 4,5 тыс. наклеек), в один из моментов само ее проведение находилось под угрозой. Дело в том, что, после одобрения Госдумой во втором чтении закона об экстремизме, почти все организации, ранее взявшиеся за подготовку акции - АКМ, СКМ и "Социалистическое сопротивление" - отказались участвовать в ней в случае, если мероприятие не будет санкционировано. Настаивавшая на проведении акции в любом случае РРП лихорадочно, но безуспешно вела поиск новых союзников.
Впрочем, вскоре оказалось, что префектуру беспокоят только два момента: "А вы не антиглобалисты?" и "А вы не анпиловцы?". Мы сказали, что нет и разрешение было получено. Очень недовольны остались лишь сотрудники милиции, которые звонили и возмущались: "Мы вас охранять будем, а вы нас грязью поливать?!".
За несколько часов до начала акции обнаружилось, что охраны более чем достаточно: пять автобусов с ОМОНом стояло в прилегающих к Пушке дворах, еще пять - вдоль Тверского бульвара. Там же было две машины с солдатами срочной службы, а обычные милиционеры буквально запрудили все его начало. Заранее прибыло также немало телевидения с различных каналов. Милиция предупредила организаторов, что в случае одного только появления мегафона митинг немедленно будет разогнан.
Постепенно подтягивался народ из РРП, АКМ, СКМ, РМП, несколько представителей "Хранителей радуги". Прибывшие представители "Соцсопротивления" разместились неподалеку на лавочке, на коей и пребывали во все время мероприятия (правда, прислали одного выступающего).
Ввиду явного превосходства сил МВД попытка использовать мегафон заранее была бы обречена на неудачу. Поэтому решили начать мероприятие как простой пикет. Развернули транспаранты: "Долой полицейский произвол!", "Долой закон об экстремизме!" и "Долой режим регистрации в Москве!", а также символику участвующих организаций. Начали для разгона выкрикивать кричалки, среди которых были, как всегда, "Ленин, партия, комсомол!", "Наша Родина - СССР!", "Ре-во-люция!", а также "Че Гевара - герой, Путин - геморрой!", "Свободу политзаключенным!", "Долой ФСБ!" и много-много прочего разнообразного изврата в адрес действующего президента. Затем начались и выступления. Без мегафона, с помощью надрывания собственной глотки. Основные темы: "ГУВД Москвы - самое крупное бандформирование в стране", "закон об экстремизме", "ФСБшный террор", "положение политзаключенных", "положение в тюрьмах", "полицейские провокации", "революция как единственное средство избавиться от государственного произвола". Выступления также перемежались кричалками.
Неожиданно сотрудники МВД пригласили ответственного за обеспечение правопорядка на митинге пройти в УВД Тверской, и он ушел в сопровождении юриста. Между тем митинг подходил к концу. На тот момент в нем участвовало человек 150-200, из которых примерно половина являлась членами участвующих в акции организаций, а другая половина - слушающей публикой. После зачтения резолюции митинга была объявлена пятиминутная "сидячая забастовка". Позади раздался тяжелый топот омоновских ботинок: ОМОН понесся перекрывать вход в метро.
По окончании митинга, большая часть собравшихся рассосалась в пространстве, а оставшиеся окружили товарищей, уносивших плакаты, транспаранты и бесполезные мегафоны, и организованной толпой поперли к метро. Вскоре, разумеется, уперлись в цепь ОМОНовцев, которые пытались выхватывать из толпы отдельных людей. Пришлось всем сцепиться за руки. Начали скандировать: "Долой произвол!". На вопросы журналистов: " В чем дело, ведь мероприятие санкционировано?", - ОМОНовцы отвечали, что "обязаны проверить документы". Переталкивание с ОМОНом и скандирование продолжалось минут пятнадцать. Затем ОМОНовцы вдруг неожиданно свернулись и ушли.
Подозревая, что на станции метро "Пушкинская" затаилась засада, мы решили организованно пройти до "Маяковской". Правда, наши ряды при этом еще более поредели. Оказалось, однако, что ОМОН обогнал нас на автобусе и выстроил на подходе к Маяковке цепь. На этот раз журналистов уже не было. Обратный путь, очевидно, тоже был перекрыт. Оперативно было принято решение уходить дворами малыми группами (как впоследствии оказалось, ошибочное).
Когда ОМОНовцы просекли суть происходящего, то устроили погоню. Пугая шарахающихся прохожих, очумелое стадо ОМОНовцев неслось по Тверской, заворачивало в подворотни и прочесывало дворы. Часть народу успела уехать - кто на троллейбусе, кто на "тачке". Добыча ОМОНа составила 10 человек - остальным удалось убежать дворами. ОМОНовцы загнали задержанных под арку и перекрыли входы с обеих сторон. Прохожие удивленно таращились на то, как 10 человек под бдительной охраной 20 "стражей порядка" поют "Интернационал". Задержанных погрузили в автобус, повезли в УВД Тверской и поместили в зал инструктажа личного состава. ОМОНовцы уехали восвояси. Обычные же сотрудники милиции вначале не знали, что делать с задержанными, и впали в еще большую растерянность после приезда первого секретаря горкома КПРФ Куваева. Тогда же начали постепенно выпускать по одному, оформляя протокол за "нарушение тематики пикета". Разумеется, все написали, что с протоколом не согласны. Последние из задержанных вышли в первом часу ночи.
На 2 июля был назначен суд Короткий репортаж о митинге прошел только по ТВЦ, причем сказали, что задержан никто не был (кстати, от рук ОМОНовцев пострадало три человека). По остальным же телеканалам на протяжении всего дня пелись дифирамбы милиции: показывали, как вся московская молодежь стремится стать ее сотрудниками, как милиционеры помогают старушкам перейти улицу (до полдороги), и тому подобный бред. В газетах также хранилось гробовое молчание.
Доктор Абырвалг