Сущность, предпосылки и границы существования товарного производства ("рыночного хозяйства") - основного экономического феномена, с которым связана судьба современной цивилизации, были научно раскрыты К. Марксом в "Капитале" и серии других трудов, важное место среди которых занимают экономические рукописи 1857 - 1863 гг. Концепция Маркса в ее главных, фундаментальных чертах целиком подтверждается современным развитием, хотя и была изрядно замусолена и омертвлена в работах ряда отечественных экономистов и философов, позднее ставших авторами или проводниками и "симпатизантами" безграмотных реформ 1992/2000 гг.
Согласно Марксу, глубинным основанием товарного производства выступает наиболее фундаментальное разделение труда - на умственный и физический. Хотя это основание непосредственно не рассматривается в "Капитале", оно служит ключем к пониманию возникновения товарного производства, его сущности и пределов существования.
Фундаментальное условие существования товарного производства, по Марксу, заключается в наличии пропорциональности, соответствия между производимым вещественным богатством и стоимостным богатством. Стоимостное отношение - основа "рыночной экономики" - возникает тогда и только тогда, когда существует соответствие между производимыми вещами и порциями абстрактного труда, превращающимся в стоимостное мерило вещественного богатства. Показателем такого соответствия выступает рабочее время.
Понятие абстрактного труда представляет собой одно из величайших достижений экономической науки. Не вдаваясь в анализ этого понятия (получившего, по нашему мнению, поверхностное истолкование в экономической и философской литературе), отметим, что абстрактный труд, в первом приближении определяемый Марксом как "труд вообще", представляет собой только "часть" "общего и всеобщего" в материальном труде, поддающуюся "абстракции" (т.е. получающее экономическую "выделенность" как действующий экономический фактор). Так, "абстрагированию" не подлежит "производительная сила труда", выступающая, следовательно, характеристикой конкретного труда ( I ).
Весьма важно, что абстрактный труд - это непосредственно физический труд, хотя и осуществляемый при необходимом участии умственного труда. Стоимость - это овеществленный физический труд. Стоимостное богатство общества, следовательно, всецело зависит от количества физического труда, которое может быть вовлечено в общественное производство. Природа физического труда ставит, таким образом, совершенно определенные пределы капиталистического способа производства, "рыночной цивилизации".
Маркс раскрыл пределы применимости "рыночной экономики" в организации научной деятельности ("иррациональный" характер стоимости научного продукта) и искусстве. В науке и искусстве "капиталистическое производство применимо только в очень ограниченном масштабе", только в виде "переходных форм" ( 2 ).
Наконец, самое главное - Маркс предсказал, что с развитием труда, его автоматизацией, дальнейшим превращением науки в непосредственную производительную силу, новейшими научными достижениями, преодолением разделения труда на умственный и физический, возникновением принципиально новой исторической формы труда - "всеобщего", или "научного", исчезнет указанная пропорциональность между "непосредственным трудом" и производимым продуктом (вещественным богатством), в силу чего разрушится стоимостное отношение, на смену товарного производства, или "рыночной экономики", придет плановая экономика, основанная на общественной собственности и связанной с нею развитой индивидуальной собственности.
По Марксу, труд в его непосредственной форме перестает быть "великим источником богатства, и поэтому меновая стоимость перестает быть мерой потребительной стоимости" ( 3 ). Капитализм приводит к гибели "совершающее процесс противоречие", состоящее в том, что, с одной стороны, капитализм "стремится свести рабочее время к минимуму, а с другой стороны, делает рабочее время единственной мерой и источником богатства" ( 4 ).
В отечественной экономической и философской литературе изложенная мысль Маркса поразительным образом стала трактоваться как идея дематериализации труда. Так, по И.И. Чангли при коммунизме "труд посвящен по преимуществу производству знаний" ( 5 ). Такой крайне поверхностный взгляд получил широкое распространение в отечественной науке, в особенности последнего десятилетия. Между тем, непосредственный труд, по Марксу, отнюдь не тождествен материальному труду в целом. Он представляет собой непосредственные затраты рабочей силы, т.е. абстрактный труд, роль которого в обществе неизбежно сокращается. С ослаблением роли "непосредственного труда" гигантски возрастает мощь конкретного труда, общей способности к труду, всеобщего в труде, не подлежащего абстракции, отчуждению. Количественно уменьшающимися "порциями труда", вооружаемого вновь привлеченными мощными силами природы, человек производит все более глубокое преобразование природы и создает неограниченно растущее содержание и формы своего бытия.
Введенное Марксом понятие всеобщего, или научного, труда было ошибочно истолковано в отечественной экономической и философской науке как труд в науке, интеллектуальный труд. На самом деле Маркс имел в виду высшую форму материального труда, широко использующего достижения науки, онаученный труд. Наивная трактовка "научного труда" привела к широкому распространению "ползучей" идеи "дематериализации труда" и, следовательно, краха материалистического понимания общества. В этом же русле возникла столь же упрощенная идея перехода общества в "постэкономическую" фазу развития. Замечательное марксово предвидение фактически получило блестящее подтверждение в концепции "постиндустриального общества" ( Д.Белл, Ж. Фурастье, О. Тоффлер, Р. Хейлбронер и др. ). Будучи по существу феноменологической, эта концепция фактически подметила важнейшую тенденцию развития общества - формирования всеобщего труда. Как известно, главной чертой постиндустриального общества выступает ведущая роль производства информации. По Тоффлеру, общество последовательно переходит от производства вещества к производству энергии (как преобладающих) и, с середины XX в. - к производству информации. При этом информация "естественно" трактуется как духовный, интеллектуальный продукт.
С нашей точки зрения, все обстоит гораздо сложнее и интереснее: революционный сдвиг в общественном развитии заключается в появлении новой формы материального труда - производства абстрактных материальных структур. Разумеется, информация, как абстрактная материальная структура, может переводится в ее мыслительную форму (хотя это происходит достаточно редко). Однако в этом обнаруживается замечательная особенность нового материального продукта - его изоморфность, или известное тождество, интеллектуальному продукту. Важнейшая задача современной философской и экономической науки заключается в осмыслении этой формы материального труда, ее революционных последствий. Одна из важнейших особенностей новой формы материального труда - ее принципиально более высокий общественный характер, который должен неминуемо привести к кардинальным сдвигам в области отношений собственности - переходу, через различные промежуточные ступени социализации - к общественной и развитой индивидуальной собственности ( 6 ).
Фактически постепенный переход от рынка к плановому хозяйству давно подмечен рядом выдающихся экономистов. Лауреат Нобелевской премии по экономике Дж. Гэлбрейт показал, что экономика США уже в 70-х гг. построена преимущественно на "плановых системах" - крупных фирмах, в то время как рынок охватывает в основном мелкие фирмы и отдельных предпринимателей ( 7 ).
XX - XXI вв. - эпоха глубоких "тектонических сдвигов" в самих фундаментах человеческого общества - вырождения "рынка", перехода к "всеобщему" труду, общественной собственности, плановой экономике. Современный мир, если иметь в виду его важнейшие тенденции, движется и развивается в точности по Марксу. Изменение самого способа существования общества - коренное условие преодоления глобального кризиса цивилизации, предотвращения экологической катастрофы, т.е. спасения человечества.
Разрушение СССР и поражение социализма в нашей стране находятся в полном противоречии с основными тенденциями мирового развития. Они объясняются прежде всего тем, что руководство страны, в особенности группировка М.С. Горбачева, в силу своей бездарности и других общеизвестных причин не смогли предложить обществу новую, более совершенную модель социализма.
С разрушением стоимостного отношения продукты труда становятся воплощением не абстрактного, "простого" и "усредненного" труда, а "всеобщего труда", который представляет собой выражение всеобщих творческих сил человека, его всеобщей материальной производительной силы. Вещественное богатство, следовательно, не теряет своей социальной экономической сущности, а приобретает принципиально более сложную "ценность" или "стоимость". Речь таким образом должна идти не об исчезновении стоимости вообще, а об исчезновении прежней простой товарной стоимости как выражения усредненного, "простого", непосредственного, т.е. физического, труда (совершаемого, еще раз подчеркнем, при прямом участии относительно простого умственного труда). Странное, на первый взгляд, утверждение Маркса в "Капитале", что с переходом к плановой экономике значение феномена стоимости не исчезает, а, напротив, усиливается, получает, таким образом, реальный смысл.
Появление принципиально новой стоимости как сгустков сложного творческого(материального) труда придает продуктам производства особую общественную значимость, которая должна найти неизвестные нам в настоящее время формы ее социального выражения. В некотором смысле можно сказать, что производимая человеком "вторая природа" приобретает более глубокий "гуманистический" характер. Ранее нами была высказана идея антропоморфного направления развития производства, включая технику ( 8 ).
Далее естественно возникает вопрос, обладает ли новая форма стоимости измеримостью? Для этого она должна быть связана со своего рода усредненностью и дискретностью, делимостью на своего рода единицы. Можно предположить, что такого рода усредненной и дискретной субстанцией новой стоимости может выступать информация как абстрактная материальная структура (вопреки расхожему представлению об информации как "знании" и "духовном").
Представление об информационной природе стоимости уже неоднократно высказывалось в литературе. Однако "информационную стоимость" пытаются связать с усредненными затратами непосредственного труда на единицу информации, что представляется нам невозможным. Во-первых, речь должна идти о принципиально новой форме стоимости, которая не производится непосредственным усредненным простым трудом. Во-вторых, новая стоимость связана с новой формой материального труда - производством абстрактных материальных структур. Поэтому усреднение надо искать не в "простом" или "среднем" непосредственном (физическом) труде, а в самой природе абстрактных материальных структур. В-третьих, необходимо учесть, что продукт нового общественного производства оказывается структурированным, "многослойным": он включает уровни вещества-энергии-информации. Эта структура нового общественного продукта должна стать фактором, получающим экономическое значение, связанное с природой новой стоимости. В-четвертых, в новой форме труда замечательным образом обнаруживается подобие абстрактного труда, поскольку высший уровень производства - абстрактные материальные структуры действительно абстрактны! Однако это повторение "абстракции" на принципиально новой основе.
Наконец, следует заметить, что развиваемое некоторыми экономистами и философами представление о переходе общества к новой - "неэкономической" фазе или формации лишено серьезных оснований и обусловлено видимостью исчезновения экономики, за которое принимается факт "вырождения" товарной стоимости и "рыночной" экономики.
Перед экономической и философской наукой в полный рост становится задача разработки новой, более высокой формы трудовой теории стоимости.
Формирование нового исторического типа труда и технологии с их неизмеримо более широким общественным характером является закономерной и неотвратимой тенденцией мирового развития. "Глобализм", как процесс формирования единой мировой экономики, выступает необходимой и абсолютной тенденцией мирового развития, ведущей к возникновению плановой - коммунистической в конечном счете - экономики. Американская политика глобализма - попытка овладения мировым процессом развития, неотвратимо ведущим к возникновению общества без эксплуатации и нищеты, переходу общества к его подлинной истории.
Д. филос. н., проф. В.В. Орлов
1. См.: Орлов В.В., Васильева
Т.С. Труд и социализм. Пермь, 1991; Орлов В.В. Проблема будущего человеческой
цивилизации // Новые идеи в философии. Пермь, 1999. Вып. 8.
2. Маркс К. Экономические рукописи 1861-1863 годов // Маркс К., Энгельс Ф. Соч.
2-е изд. Т. 48. С. 59-60.
3. Там же. С. 214.
4. Там же.
5. Чангли И.И. Труд. Социальные аспекты теории и методологии исследования. М.,
1973. С. 41.
6. См.: Орлов В.В. Проблема будущего человеческой цивилизации.
7. См.: Гэлбрейт Дж. Экономические теории и цели общества. М., 1979.
8. См.: Орлов В.В., Васильева Т.С. Труд и социализм. Пермь, 1991.