Теперь окончательно разрушен миф о "благополучной Европе". Бунт во Франции можно сравнить с ураганом "Катрина": оба события ярко доказывают тот факт, что современный капитализм не способен разрешить свои врожденные проблемы и остановить перманентный протест угнетенных масс.
Как известно, все началось с бытовой сцены: 27 октября двое негритянских подростков, убегая от полиции, сгорели в трансформаторской будке. Представитель одного из городских советов тех мест, так прокомментировал трагедию: "Вы должны задаться вопросом, почему полиция затравила подростков до такой степени, что они должны были прятаться в подстанции, и почему полиция так и не вышла на контакт с представителями электрокомпании, чтобы объяснить, что же там произошло". Эта драма произошла как раз тогда, когда министр внутренних дел Франции Николя Саркози усилил кампанию нападок против молодежи этих предместий, назвав их "мразью" и "сбродом", призывая очистить эти предместья брандспойтом.
Это была не случайность, но она породила ярость протеста молодых жителей французского гетто: в очередной раз запылали подожженные машины. Когда жандармерия начала патрулирование других кварталов, ещё не затронутых волнениями молодежи, их "умиротворяющие" действия привели к тому, что машины заполыхали и там тоже. Обстановка вновь накалилась после того, как в воскресенье в расположенную в этом районе мечеть полиция забросила канистру со слезоточивым газом и провела аресты.
Дальнейшие события известны всем: тысячи уничтоженных машин, тысячи арестованных, сотни пострадавших, один убитый, введение - впервые с 1955 года! - комендантского часа, начало депортации "зачинщиков"...
Понять причины и сущность этих событий крайне важно для общего понимания логики социального протеста наиболее угнетенных слоев капиталистического общества. В данном случае, это иммигранты - арабо-негритянское ("мусульманское") население Франции, живущее в этнических гетто во 2-3-м поколении. "Интеграция" этих французских граждан в систему капиталистической системы происходит крайне проблемно, несмотря на знаменитый патернализм французского государства.
Для начала приведем слова 25-летнего Зияда:
"Я знал, что это случится. Я даже знаю, кто это мог сделать, но не хочу никого осуждать. Гнев должен был выплеснуться наружу. Работы у ребят нет. Они же не могут целыми днями гонять в футбол и надеяться, что станут Зиданами. Да, многие торгуют наркотиками. А что им делать? Как заработать на жизнь? Почему рвануло сейчас? Не знаю. Наверное, потому, что так глупо погибли два мальчишки в Клиши-су-Буа, убегая от полицейских. Полицейские раньше по ночам боялись сюда сунуть нос. Они нас боятся, но днем проверяют документы по три раза в день. Они все расисты, которые больше всего опасаются за свою жизнь. Вот разгоняли молодежь и выстрелили гранатой со слезоточивым газом, которая попала в мечеть. Случись такое с синагогой или с католической церковью, министры примчались бы извиняться".
Стоит отметить, что этот
человек потерял в огне свою машину, свою собственность. В свое время, Маркс
писал, что "пролетариат приводит в исполнение приговор, который частная
собственность, порождая пролетариат, выносит себе самой, точно также как он
приводит в исполнение приговор, который наёмный труд выносит самому себе, производя
чужое богатство и собственную нищету. Так и буржуазный журнал "Эксперт",
исходя из верного классового инстинкта, назвал этих "мусульман" "пролетариатом
XXI века", от которого исходит непосредственная угроза капиталистическому
обществу.
"Что вы хотите? Мы живем ужасно. Я слышал, что по телевизору нас называют
"потерянным поколением". На нас хотят поставить крест. Не такие уж
мы потерянные. И чтобы нас услышали, мы должны взорвать Францию".
Товарищи из Комитета за
Рабочий Интернационал (CWI) пишут: "Как и повсюду в Европе, французские
буржуа наслаждаются высочайшими за последние годы доходами, оплаченными увеличением
продолжительности труда рабочих, повышением "гибкости" рабочего дня,
сокращениями социальных выплат и ростом армии безработных. Официально безработица
составляет 10% рабочего класса, среди молодежи (до 25 лет) - 23%, среди молодых
французов арабского происхождения - 27%.
Один из бунтарей так сказал об этом: "Работа? Да, есть пара мест в аэропорту
или на заводе Ситроен, но только если тебя зовут Мухаммед или Абдулла, ты можешь
о них забыть"".
Таким образом, становится ясно, что в перспективе не существует никакой альтернативы репрессивной "интеграции" в систему капиталистической иерархии. Такая судьба не устраивает современную молодежь иммигрантских гетто.
"Несмотря на комендантский
час, аресты и строгие наказания в виде тюремного заключения для дебоширов, каждую
ночь горят сотни машин… Ночные беспорядки из парижских пригородов переместились
частично в провинциальные города, даже в сельскую местность. Задействованы более
12000 полицейских и жандармов, мобилизованы все резервисты и даже курсанты полицейских
школ. Желаемого эффекта не дали ни 2000 арестов, ни многочисленные, тут же выносимые
жесткие приговоры" - пишет австрийская газета Die Presse 15 ноября.
В это время трудящиеся французы продолжают свою борьбу с неолиберальным курсом
правительства. Опять же, никто не скажет об этом лучше, чем буржуазный журнал:
"С одной стороны,
французы понимают, что стране необходимы реформы, которые сделали бы французское
общество более динамичным, а экономику эффективной. Они недовольны тем, что
правительство все никак не может провести столь необходимые реформы. А с другой
- французы упорно не готовы идти на жертвы ради этих реформ.
Скажем прямо, французы хотят невозможного - они требуют, чтобы власть избавилась
от недостатков, присущих патерналистскому государству, но при этом хотят и впредь
пользоваться благами, которое оно дает. Абсурдность этих требований лучше всего
показала масштабная забастовка работников Electricite de France, которую те
устроили в самый разгар беспорядков. Бастующие требовали от властей остановить
либеральные реформы. Правительство страны в ступоре" (Эксперт).
Страх и трепет французского обывателя перед пассионарностью иммигрантов во многом пойдет на руку тому же Шираку и Саркози: в условиях предательского бездействия коммунистов и социалистов и несмотря на совершенно неэффективную политику правых, победит "порядочность" каких-нибудь центристов. Количество националистов возросло на 100,000 чел, а это значит, что и число левых будет возрастать. Системный кризис во Франции приведет страну к революционной ситуации. И тогда встанет на повестку вопрос о революционном руководстве, которое при верной интернационально-коммунистической политике будет способно разрешить глубинные проблемы европейского общества. Пламя французского протеста либо перерастет в социальную революцию, либо потухнет в духоте фашистской реакции.
Алекс Кинзер