Помнится, во времена перестройки все СМИ были наполнены ехидными шуточками и
замечаниями по поводу бесплатной медицины: «даром лечиться – это лечиться даром»,
«какие лекарства покупать в аптеке: те, которые есть или те, которые лечат»
и т.д. И многие, как попугаи, повторяли эти глупости и ратовали за скорейшее
введение платной медицины.
Им не пришлось долго ждать. Капитализм был реставрирован, финансировать здравоохранение
государство перестало. И, оставаясь бесплатной на бумаге, в реальной жизни медицина
стала платной. Врачи, которым месяцами не платили зарплату, а если платили,
то ее хватало ровно на три дня, либо ушли из медицины и пополнили ряды мелких
торговцев, либо поняли, что медицинское образование при капитализме – это золотой
ключик, и стали зарабатывать деньги. В мединститут стали поступать не по призванию,
а с тем, чтоб этот золотой ключик заполучить, и, разумеется, только те, кто
может за него хорошо заплатить.
Что это значит в переводе на реалии жизни? – Это значит, что врачи в своей
практике (особенно, получившие образование в постсоветское время), еще не став
дипломированными специалистами, перестают руководствоваться принципами гуманизма.
А в дальнейшем эти принципы для них вообще теряют актуальность. Клятва Гиппократа
превращается в простую формальность, и в больном они видят не страдающего человека,
которому надо помочь, а источник заработка. Помощь оказывается не с тем, чтобы
больной выздоровел, а с тем, чтобы скорей обратился за помощью вновь. Лекарства
назначаются не те, которые лечат, а те, которые дороже стоят, потому что от
их продажи врачу обычно начисляются проценты. Капитализм превратил одну из самых
благородных и бескорыстных профессий в один из самых прибыльных видов бизнеса.
Проиллюстрирую свои слова несколькими реальными случаями из жизни окружающих
меня людей.
Случай первый. Конец 90-х. У пожилой женщины тяжелая степень диабета, что вызывает
повышенную ломкость костей и в случае болевого синдрома или сильных нервных
перегрузок чревато диабетической комой, которая может закончиться летально.
Зимой она поскальзывается, падает и при этом ломает себе ключицу и плечевую
кость. «Скорая» доставляет ее в больницу. Понятно, болевой синдром налицо. Но
дежурный травматолог говорит: «Гипс стоит 30 грн. Обезболивание – 20. Итого:
50». Это тогда, когда пенсия была чуть больше 100 грн. Денег нет. Помощь не
оказывается. Больная дожидается в коридоре, когда родственники достанут и привезут
эти 50 грн. И врачу абсолютно начихать, что это ожидание для нее может закончиться
комой.
Случай второй. Начало 2000-х. Женщине 35 лет. У нее желче-каменная болезнь.
Возникает прободение желчного пузыря. «Скорая» доставляет ее в больницу. Показана
экстренная операция. Желчь вместе с камнями выливается за брюшину. Счет идет
на минуты. Но врач спокойно говорит: «Эта операция стоит 300$». Больная в промежутках
между обмороками вынуждена обзванивать родственников, лежа на каталке в приемном
покое. Врачу абсолютно неинтересно, что промедление в оказании помощи в лучшем
случае вызовет у больной тяжелые и непредсказуемые осложнения, а в худшем –
летальный исход. Он думает о деньгах, которые вдруг ему не заплатят.
Случай третий. 2007 год. Мужчина 45 лет. Отец 4-х детей. Обращается в поликлинику
с жалобами на характерные боли в области желудка, причина которых должна быть
понятна каждому врачу (говорю как специалист). Ему ставят диагноз: хронический
гастрит и даже не выдают больничного. Время идет – боли и другие характерные
симптомы усиливаются. Через полгода, наконец, взят необходимый анализ. Диагноз:
рак желудка. Направление в Республиканский онкоцентр. А там толпы таких же,
как он, которые мурыжатся под кабинетами в течение полугода и больше. Их гоняют
из кабинета в кабинет, назначают им по несколько раз какие-то бессмысленные
в данном случае анализы и т.д. Это такой способ выдаивания денег. Кто по сообразительней,
и, разумеется, у кого есть, чем заплатить, дает деньги заведующему отделения
и тот час попадает в стационар. В стационаре каждый день надо платить за уход
санитаркам и медсестрам. Можно, конечно, не платить, но тогда к тебе просто
не подойдут. Боли крепчают. Но опять назначаются какие-то нелепые анализы. Специалисту
понятно, что в случае подобного диагноза при ярко выраженной симптоматике, никакие
подтверждающие диагноз анализы не нужны – все детали выясняются на операционном
столе. И чем скорее больной будет прооперирован, тем больше надежды на благоприятный
прогноз. Но операция всячески затягивается – надо же дать заработать и всему
медперсоналу. И вот, наконец, разумеется, с предоплатой хирургу и анестезиологу
больного кладут на операционный стол. В ходе операции выясняется, что за это
время опухоль уже успела превратить и желудок, и всю забрюшинную полость в гнилостное
желе. Сделать ничего нельзя. Больного зашивают, назначают ему морфий и выписывают.
Исход, который неминуемо наступит в ближайшем будущем, понятен.
Подобным случаям несть числа. Вот, как выглядит на практике платная медицина!
Но она закономерное порождение капитализма, и может стать бесплатной только
после его ликвидации. При капитализме товаром является абсолютно все, включая
самого человека, причем, как в целом, так и по частям, т.е., выражаясь торговым
языком, оптом и в розницу. Сейчас, когда человек может продавать по сходной
цене свою рабочую силу, тело, мировоззрение, интеллект, чувства, органы, кровь,
кожу и т.д., может ли он сетовать на то, что кто-то купил медицинские знания
и навыки и теперь торгует ими? – Нет.
Он может только понять, что товарное производство, рыночная экономика, буржуазная
демократия и все, следующие за ними, производные капитализма несовместимы не
только с человечностью, но и с процессом развития человеческого общества в целом.
И, поняв это, он может стать на путь борьбы с этим, расчеловечивающим человека
способом жизни, за новое мироустройство, в котором, наконец, человек со всеми
своими сущностными силами перестанет быть товаром, т.е. выступать в роли продавца
и покупателя собственных способностей, а сможет, наконец, направить их на созидание,
на создание условий для всестороннего, ничем не ограниченного развития как каждого
отдельного индивида, так и общества в целом.
Наталия Кузьменко, http://communist.ru/root/archive/routine/zena.zsizny